Category: здоровье

Category was added automatically. Read all entries about "здоровье".

ПРОВАЛ ВО ВРЕМЕНИ

   Невероятное о невероятном. Часть третья

  …Как-то получилось, что практически всю ночь перед поездкой я не спал. Вначале не хотелось, а потом разболелась голова, да так, что цитрамон, который всегда меня спасал в подобных случаях, оказался бессилен, хотя я выпил аж три таблетки. Короткий сон под утро не избавил от головной боли. С ней я и поехал.
Вадим в машине оказался не один. Его спутница, представившаяся Леной, оказалась весьма разговорчивой особой. Всю дорогу она пересказывала книгу Мулдашева «Что сказали тибетские ламы?». Это, в конце концов, мне так надоело, что я поинтересовался, читала ли она главу, в которой главный российский знаток Тибета беседует с «особыми людьми»?    Теми, кто охраняет пещеры, в которых находятся люди в состоянии сомати, то есть, когда все обменные процессы в организме прекращаются – не бьется сердце, останавливается дыхание, отсутствует кровообращение.


    Оказалось, что эти «вопросы-ответы» Лена пропустила, на что горевший желанием немного ограничить ее красноречие, я искренне удивился:
    – Как?! А ведь мы едем в очень похожее место – у входящих в пещеру начинает болеть голова, появляется желание выбраться наружу. А еще, как пишет Мулдашев, там много змей…
    – Кого, кого? – по голосу чувствовалось, как девушка напряглась.
    – Змей. Но не простых – мистических. Они оказывают влияние на вошедшего человека. Для неподготовленного это грозит смертью.
    – Вы это серьезно? – Лена, сидящая на переднем сидении, непроизвольно повернулась ко мне.

Collapse )

МИСТИКА ЛЕСО-КЯФАРСКОГО ГОРОДИЩА

 Часть пятнадцатая. Фантомы страха

  Уже смеркалось, когда я начал спускаться с обрыва, будучи твердо уверен, что там, внизу, обязательно попаду на дорогу, ведущую в поселок. Спуск, как мне представлялось, должен был быть недолгим – метров 25-30. И хотя он оказался куда длиннее, но действительно вывел меня к лесной дороге. На ней, в лужах, оставшихся после неизвестно когда прошедшего дождя, даже отпечатались следы от протектора машины.
    Напряг свои не очень глубокие познания, я догадался, что это были следы шин отечественного автопрома, скорее всего от «Уазика». Сразу вспомнилось, что Виктория, когда мы только приехали в Лесо-Кяфарь и безуспешно искали Виталия, ее гида по здешним местам, говорила, что у парня есть такая машина, на которой он возит туристов. Причем забирается в такую глухомань, где кроме него никто не рискует бывать. А поэтому у меня появилась уверенность, что здесь побывал именно Виталий.


    Сразу стало веселее. Дорога, какой бы она длинной не была, это все-таки дорога, она обязательно приведет к жилью, к людям. И я бодро зашагал вперед. Поражали деревья, среди которых проходила лесная дорога. Стволы большинства из них, особенно те, что располагались поблизости от городища, были искорежены, словно их изогнула какая-то могучая внешняя сила. Деревья такой причудливой и неестественной формы я видел в ряде мест Кабардино-Балкарии, которые принято называть геопатогенными зонами. Хотя, на мой взгляд, подобная изогнутость связана в большей степени с нехваткой каких-то микроэлементов в почве.

Collapse )

ИСТОЧНИКИ АУШИГЕРА

     Расположенные менее чем в тридцати километрах от Нальчика, в месте, где река Хео впадает в Черек, Аушигерские горячие источники – еще одно место паломничества туристов.  И это вполне закономерно – народная молва приписывает их воде поистине чудодейственную силу: ее применяют внутрь и наружно, количество больных, избавившихся здесь от хворей, никто никогда не считал, но оно составляет многие и многие тысячи. А к болезням этим относятся заболевания кожи, центральной нервной системы, женской половой сферы, периферических кровеносных сосудов, нарушения обмена веществ, острые послеинфекционные явления и множество других. После принятия горячих ванн происходит ускоренное заживление травм, улучшается самочувствие, повышается жизненный тонус.

загружено

  Collapse )

Синь-камень: место силы или феномен самовнушения?


DSC_0012

   На днях благодаря доброму отношению хорошей знакомой (хотя меня и нет в списке ее друзей на странице в ФБ) довелось побывать в Подмосковье – старинном русском городке Переславь-Залесский. Ездили туда специально, чтобы посмотреть знаменитый Синь-камень, о котором есть сведения даже в Википедии. Считается, что он, расположенный поблизости от Плещеева озера, является одним из подлинных ритуальных объектов, сохранившихся со времён языческой Руси. Название камня связано с тем, что после дождя он меняет свой цвет: от серого к синему, а происходит этот эффект (синева) от преломления и отражения света поверхностью чешуек биотита и зёрен кварца.

P1070724

   Размеры этого природного артефакта достаточно небольшие: толщина камня – 60 см, длина – 310 см, ширина – 260 см., вес – около 12 тонн.
Все эти данные можно почерпнуть из щита-указателя, установленного рядом с камнем.
   А вот как его дополняют сведения из Википедии. В народном сознании камень оказался связанным со стоящей неподалёку от его нынешнего местонахождения Александровой горой, на которой некогда проводились игрища с куклой Ярилы. Согласно легенде, камень якобы был сброшен с горы по личному указу царя Василия Шуйского, но это не находит подтверждения в исторических документах.
   Считается, что Синий камень помогает страждущим, избавляет от болезней, в частности, женщин – от бесплодия; около него всегда много туристов, которые обвязывают растущие поблизости деревья и кусты тряпочками, оставляют на камне монетки.
   С годами Синий камень все глубже уходит в землю: если еще сорок лет назад он выдавался на поверхность чуть ли не в рост человека, то теперь его высота менее чем до колена.
   …Если честно, внешний вид этого весьма небольшого (по нашим кавказским понятиям) валуна разочаровал:  блеклый, лежащий посредине такой же серой лужи, он не вызывал никакого пиетета. Тем более, что спускаться к нему надо было по размокшей глине, которая буквально втягивала в себя. Навевал тоску и унылый пейзаж ранней подмосковной весны.
    Но со всем этим контрастировало настроение людей, пришедших к Синь-камню. Вот молодая пара. Они помыли камень водой из бутылки, принесенной с собой, положили на него два кусочка пирога. Потом сняли туфли и носки, залезли  босыми ногами на камень и стали о чем-то просить его, устремляя свои взгляды вперед, на раскинувшееся перед ними Плещеево-озеро.

P1070717
P1070720

   Моя спутница же приготовила для камня пшено, которое рассыпало по всей его поверхности. Не знаю, пришлась ли эта еда по вкусу валуну, но выглянувшее в этот момент солнце отразилось в желтых крупинках и подсветило сам камень, буквально преобразившийся под его лучами.
    Вслед за другими поднявшись на Синь-камень, я попытался вслушаться в себя, но не услышал ничего кроме посвиста ветра, исходящего от озерной глади. Тогда мысленно обратился к камню, и так как о потомстве говорить уже было поздновато и с этим у меня как-будто все сложилось нормально,  попросил его о здоровье. Том самом здоровье, которое ни для кого не будет лишним и которого так не хватает каждому из нас. Тем более, что именно в этот момент весьма остро ощущались определенные проблемы: болела голова,  вероятнее всего  от неудобств неблизкой и далеко некомфортабельной дороги.

DSC_0018
DSC_0026

    После этого оставалось только повязать ленточку на дерево, но я посчитал это проявлением пошлой экзальтированности, тем более, что саму ленточку (ими бодро торгуют местные бабуси по 10 рублей за штучку) я потерял по дороге. Но к деревьям, стволы которых увешаны разноцветными полосками просьб, тем не менее подошел. И показалось, что многочисленные мечты и желания открылись мне в это мгновение; они были просты и понятны: люди все как один просили у Синь-камня  здоровья и благополучия. Но вот вопрос: хватит ли на них всех силы у валуна, даже столь чудотворного?

DSC_0039

    Поездка к подмосковному ритуальному объекту оставила странное ощущение: хотелось верить в возможность чуда и что-то мешало этому. Может, извечный пессимизм? Об этом думалось стоя у креста, установленного на горе, нависающей над Синь-камнем, где язычество и христианство не соперничали, а дополняли друг друга.

DSC_0032

    Но самое главное: здесь, на горе, я неожиданно заметил, что мучившая меня еще совсем недавно  боль прошла, голова была чистой и ясной, а на душе спокойно и светло. Более того: усталость не ощущалась и после поездки – хотелось творить, любить, жить. И чего здесь было больше – неведомой силы или самовнушения – сказать  трудно. Да и разве так важно? А потому, Синь-камень, я к тебе обязательно вернусь!

DSC_0045


     И для любителей таинственного. Эта фотография сделана у Синь-камня, но что за странная "дуга" появилась на ней, я так и не смог понять. До этого мой фотоаппарат подобных "чудес" не запечатлевал.

P1070726

КОТЛЫ, ВМЕЩАВШИЕ СТАДО

   Предание о том, что в одном из труднодоступных ущелий Балкарии сохранились гигантские медные котлы, живет уже долгие десятилетия, хотя никаких материальных подтверждений этому до сих пор не имеется. Более того, поисками столь внушительных емкостей (считается, что их изготовили скифы) занималось немало людей. Уже в наше время одним из представителей рода Абаевых была обещана весомая награда (автомашина « Жигули») тому, кто обнаружит котел.

190138_900

  Почему в находке оказались заинтересованы представители именно этой фамилии? В работе исследователя М. Джуртубаева « Путями предков»  приводится полевая запись, сделанная в селении Верхняя Балкария, в которой информатор А. Османов передает рассказ своего деда Омара о том, что «в давние времена возле скотного двора Абаевых стоял огромный медный котел. В нем содержались больные овцы, числом более десятка. Котел назывался тайпокъ къазан. Его потом распилили для изготовления разной домашней утвари». Ученый предлагает такое толкование этого названия: тайпа – племя; окъ – стрела; когда слово обозначает собирательное множество, оно ставится в единственном числе. Къазан – котел. Таким образом, словосочетание означает « котел (изготовленный) из стрел племени» .
   Другой балкарский исследователь археолог Исмаил Мизиев уверен, что речь идет именно о скифском котле: « Помещая в него больных животных, балкарцы, видимо, полагали, что котел обладает какой-то исцеляющей силой. Котел принадлежал Абаевым, то есть роду, который в течение долгого времени имел большую власть. Представители этого рода занимали должность олия – верховного князя, правителя Балкарии. Если мы допустим, что это был другой (не скифский) котел, нет ответа на вопрос: какая была необходимость при дороговизне металла в горах тратить его на изготовление чрезвычайно массивной вещи?».
   Оба ученых в своих выводах опираются в первую очередь на сообщение Геродота о скифском царе Арианте, который велел каждому из воинов принести по одной стреле и изготовить из их сплава в священном месте Эксампай огромный котел емкостью 600 амфор.
   Эти цитаты взяты из книги « Аспекты культурной антропологии народов Кабардино-Балкарской Республики» , вышедшей в нашем издательстве. В начале двухтысячных годов с ее автором Йоханном Маттисом, на тот момент аспирантом Кабардино-Балкарского госуниверситета, мы встречались достаточно часто. Немец по национальности, он приехал в наши края руководить христанской миссией, за короткое время стал прекрасно говорить по-русски, активно занимался изучением балкарского и кабардинского языков. Но самое главное – иск­ренностью, отзывчивостью, добрым нравом этот симпатичный молодой человек вовлек в круг близких друзей множество самых разных людей, воистину отражая в своей личности название представляемого им миссионерского союза « Свет на Востоке».

1380715929

     Увлекшись историей, этнографией местных народов, Йоханн написал ряд весьма аргументированных работ, среди которых « Тильзитский мир и утилизация медных русских монет балкарцами» , « Турлук – конструкционный материал адыгов» , « Применение горцами ртути и олова» , « Грозовые божества черкесов и балкарцев и молния как явление» , « Напитки черкесов и балкарцев и современные технологии» . Эти исследования молодого немецкого ученого легли в основу успешно защищенной кандидатской диссертации и составили его монографическую работу. Есть в ней и глава, носящая название « Реконструкция скифского котла, известного в Балкарии в XIX веке» . Уже из нее видно, сколь глубоки и всесторонни познания Йоханна, подходящего к легенде с рациональных позиций: если котел существовал на самом деле, кто, когда, как, из чего его мог изготовить. Пытаясь ответить на эти непростые вопросы, Маттис привлекает данные не только из  истории, но и физики, химии, металлургии. Говоря о его вместимости, а следовательно, размерах и массе, он отталкивается от имеющихся косвенных сведений – таких, как « в нем содержались больные овцы, числом более десятка» , балкарской поговорки: « Как котел Абаевых, в котором 9 (или 12) овец ели корм» , сведений Геродота – « огромный котел емкостью 600 амфор» . И делает следующий вывод, который в силу его убедительной аргументации нам хотелось бы привести целиком: « В оценках размеров учитываем, что обычно боковые стенки котла, если рассматривать его меридиональное сечение, переходят в днище по радиусу или иной кривой. Следовательно, минимальный диаметр котла, если исходить из того, что несколько ягнят могли свободно поместиться в нем, располагаясь головами к его центру, должен быть не менее 2 м. Если же согласиться, что в нем кормилось более десятка овец, то тогда диаметр котла должен быть примерно 2,6 м.
   Исходя из условия обеспечения удобства пользования котлом и минимума расхода материала, его высоту необходимо брать примерно в два раза меньше диаметра. Таким образом, минимальные размеры котла должны быть: диаметр – 2 м, высота –  около 1 м. По максимальным оценкам, диаметр котла должен быть равен 2,6 м, а высота примерно 1,4 м. Приняв радиусы скруглений в нижней части котлов равными 0,25 м, можно найти объемы двух вариантов котлов – малого и боль­шого. Они равны соответственно 3000 и 8000 л.
Указание о том, что вместимость котла была равна емкости 600 амфор, не слишком облегчает наши оценки, так как достоверно неизвестен объем этих сосудов. Однако очевидно, что упоминался самый удобный и широко распространенный в то время вид амфор. Исходя из эргономических соображений, а также из того, что антропометрические и физические данные людей со времен Геродота принципиально не изменились, можно предположить, что амфоры имели емкость от 8 до 12 л. Здесь учитывается, что сам сосуд из керамики имел массу не менее 2,5–3 кг. Тогда искомый объем котла мог находиться в интервале от 4800 до 7000 л, что укладывается внутри диапазона емкостей, найденных из других соображений.
Итак, сопоставляя проведенные оценки, принимаем наиболее вероятные размеры скифского котла равными: диаметр – 2,5 м, высота – 1,25 м, радиус скругления в местах перехода боковой стенки котла в днище – 0,25 м. Тогда объем котла будет равен около 5000 л, а площадь его наружной поверхности – примерно 12–13 м».
Теперь что касается того, из какого материала был изготовлен котел – из меди или бронзы: ведь люди, видевшие емкость, могли сильно окисленный бронзовый котел принять за медный и наоборот.
    «Если предположить, – рассуждает Маттис, – что котел был бронзовым, то изготовить его можно было только литьем, так как бронза хрупка и ковке почти не поддается. При указанных размерах толщина стенки изделия должна быть не менее 7–8 мм, иначе его просто нельзя было отлить. Кроме того, для обеспечения необходимой прочности котел должен иметь местные усиления за счет утолщения стенок по верхнему краю котла. В этом случае масса литого котла получается около 1100–1200 кг. Вместе с литниками, прибылью и технологическими потерями для литья котла необходимо было иметь примерно 1300 кг бронзы.
   …Если считать, что металлический наконечник стрелы в среднем имел массу 25–30 г, то число скифских воинов, сдавших металл, должно быть 45–55 тысяч… что маловероятно». Если при этом уточнить, что отливать изделия из бронзы массой в несколько сот и более килограммов научились в некоторых странах только в ХIV–ХV веках, то получается, что скифы не могли изготовить столь огромную емкость. Исследователь предоставляет им еще один шанс, ведь древние могли использовать « не только собранные бронзовые и медные наконечники стрел, но также большое количество небольших слитков меди, которые в то время умели получать. Весь собранный металл переплавляли в небольших печах с дутьем и отливали в литые заготовки, которые имели форму длинных плоских брусков массой по 15–20 кг.

продолжение следует

Вертолетная прогулка к Эльбрусу

Два часа – и все чудеса. Именно столько времени занял полет на вертолете к Эльбрусу и обратно, который мне повезло совершить.
Два часа – и несколько сотен километров позади. Как вспомнил, сколько потребовалось бы времени, чтобы пройти это расстояние пешком, на своих двоих, вздрогнул невольно: по горам-то не больно и разбежишься. И в тоже время – хоть красив вид с высоты птичьего полета, но не больно много и увидишь: детали теряются на расстоянии, ощущение причастности к земле уходит с высотой.
Внизу устанешь до смерти, ноги горят, тело не слушается, а ощущение совсем другое: это твое, это родное, к этому  можно прижаться, набраться сил.
Мы – люди земли (с маленькой буквы) и Земля (с большой буквы) наш дом. А в небе жить нельзя, во всяком случае, человеку не дано. В небе можно плыть, созерцать, вдохновляться, но при одном обязательном условии – обязательном возвращении на землю.
Пролетели два часа, и так приятно было приземлиться, прикоснуться к земле и осознать – мы дома, на планете людей, с которой, повторю вслед за моим любимым Экзюпери, я связан неразрывной пуповиной.
Все эти снимки, понятно, сделаны через иллюминатор вертолета.

P1010263
P1010539
P1010528
P1010497
P1010494
P1010491
P1010457
P1010451
P1010437
P1010427
P1010414
P1010407
P1010404
P1010402
P1010380
P1010317