Виктор Котляров (viktorkotl) wrote,
Виктор Котляров
viktorkotl

Category:

Хьэрэкзъуэрэ и «Хара-Хора»

А вот как откликнулся  на размещенную ниже информацию-гипотезу  известный кабардинский ученый, автор многих работ по топонимике Джамалдин Коков

Это кабардинское название горы, а затем и горного массива над северо-западной частью с. Заюково в русской записи последнего времени приобрело форму «Хара-хора», хотя в опубликованных топонимических словарях была рекомендована более близкая к оригиналу запись «Харакора». Смысл названия прозрачный: хьэ «собака», -рэ – союзный суффикс, кхъуэ «свинья» – по форме стоящих друг против друга скал в нижнем ярусе горного массива.
Публикация интересная и, естественно, вызывает некоторые вопросы. Непонятно, почему для объяснения названия берётся не живая (употребляемая и сегодня) кабардинская форма Хьэрэкхъу-эрэ (Харакора), а не совсем удачная русская транслитерация её – хара-хора? Ведь последующие объяснения зависят от той формы, которая принимается за изначальную. А таковой является хьэрэкхъуэрэ, что действительно значит «собака и свинья». Ирония в адрес «услужливого экскурсовода» не совсем к месту, вернее, совсем не к месту. Для объяснения названия важна и такая деталь: «две из вершин напоминают своими контурами именно их» (собаку и свинью). Если эти слова принадлежат экскурсоводу, то он неточен: не две вершины, а две скалы на одной горе непосредственно над селением. Из селения эти скалы хорошо просматриваются и без «богатого воображения», даже без бинокля.
Далее следует вывод: «...Массив Хара-Хора назван так вовсе не из-за своей похожести на свинью и пса...»
Здесь не могу не возразить: именно из-за похожести. Это обычная метафора, наименование по сходству. Можно привести аналогичные метафорические названия из адыгской топонимики: в Шапсугии две скалы называются АтакъэзэуапI «место драки петухов»; две вершины близ аула Ходзь в подножии образуют подобие ворот с названием Ажэжьбэкъу «промежность ног старого козла» (русское название – «Чёртовы ворота»), на Зольских высокогорных пастбищах зубчатая гора называется Наужьыдзэ «Старушечьи зубы»; на правом, берегу М. Зеленчука Шышхьэжь «лошадиная голова (большая)» и многие другие.
В самом факте переноса названия одной вершины (по абрису двух животных) на весь горный массив ничего необычного |нет. Это наблюдается и во многих других случаях. Известно, что название «Кавказ» изначально относилось только к одному Эльбрусу, а наименование целой страны Алжир принадлежало только одному городу.
Теперь о том, какое из рассматриваемых названий «говорящее», а какое нет. Этот вопрос отрывает «Хара-Хора» от Хьэ-рэкхъуэрэ, и за «говорящее» признаётся только Хара-Хора. При этом последнее «говорит» дважды: хара – об одном, а хора – о другом. Эти слова восходят, если судить по публикации, к корням индоевропейским, древнеиранским, японскому, эстонскому, афганскому...
Публикация завершается осторожным оптимизмом: «Одним словом, нам кажется, что в названии «Хара-Хора» до нас через тысячелетия дошёл индоевропейский отзвук. И разыскания в этом районе обязательно приведут к новым открытиям».
Очень жаль только, что название Хьэ-рэкхъуэрэ так сильно отстало от порождённого им же хара-хора.
А если отвлечься от мелочей, издатели М. и В. Котляровы радуют нас интереснейшими книгами. Именно поэтому отмеченные неувязки вызывают некоторое недоумение.
Нередко отдалённая от оригинала запись названия вызывает коннотации и ассоциации, не связанные с оригиналом наименования. Можно сослаться на такой пример. Слово «Абаза» мы воспринимаем прежде всего как название народа на Северном Кавказе (абазэ) или как кабардинскую фамилию. Но слово с тем фонетическим обликом (только с ударением на последнем слоге) – Абаза является наименованием города (с 1966 г.) в Хакасии на реке Абакан. И жители этого города являются «абазинцами» («десятки абазинцев влились в Тальский полк; «абазинская лодка» – см.: Левашов Е.А. Географические названия. СПб., 2000, с. 19).
Или Аргунь – приток Амура (из монг. «широкий» (В. А. Никонов) и Аргун – река и город восточнее Грозного (А. С. Сулейманов, П. П. Семёнов) при чеченской форме орга. Можно было бы привести и другие такие примеры так называемых омографов и омофонов.
Причина таких явлений очевидна. Ведь на земле более трёх тысяч языков. И каждый из них имеет свою систему названий. Но язык и функционирующие в нём названия и имена в количестве звуков имеют ограничения. Это и создаёт порой имена-тёзки, не имеющие между собой генетических связей. Другое дело, когда у одного и того же названия развиваются вторичные значения, так или иначе связанные с первоосновой. Так, тот же этноним «абаза» получил вторичное значение природного явления – ветра. В «Словаре народных географических терминов» Э.М. Мурзаева (Москва, 1984) читаем: «Абаза. Жестокий восточный ветер на Чёрном море и в нижнем течении Дуная. Дует с Кавказского побережья. Имя, видимо, связано с этнонимом «абаза», абазинец (с. 36). Такое объяснение подтверждается и другим названием ветра (Бора), дующего в Новороссийске в зимнее время.
Как видим, сходные названия и вообще слова (ср. каб. Iуфэ и нем. uffe «берег») могут иметь объяснение, а могут и не иметь. Но желание человека – дать всему объяснение – тоже можно понять.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments