Виктор Котляров (viktorkotl) wrote,
Виктор Котляров
viktorkotl

ИДОЛ УРОЧИЩА ТУУЗ-СЫРТ ч.1

   Об этих необычных камнях мы впервые узнали из путеводителя « Туристскими тропами в глубь веков». Его автор – самобытный ученый Исмаил Мизиев, известный своими трудами по истории и этноархеологии балкарцев и карачаевцев,– личность неординарная, масштабная. Человек энциклопедического ума, он посвятил свой талант и знания этногенезу тюркских народов. Физический недуг – чуть ли не 20 последних лет жизни И. Мизиев был прикован к постели – отрезал его от археологических экспедиций и сбора полевого материала, но не отразился на духовном мире, отношении к жизни. Постоянный научный поиск, умение удивляться и удивлять, неиссякаемое желание вглядываться, а главное – переосмысливать прошлое не могли не рождать уважение и восхищение у большинства из тех, кто знал этого подвижника. Как и зависть, недоброжелательность его, так сказать, оппонентов.
   В прочем, здесь лучше привести высказывание известного российского ученого, основателя современной кавказоведческой школы, профессора В. Б. Виноградова: « Еще один важный элемент этнографической проблематики 1980-х годов – это стойкая и последовательная защита бесспорного для меня права мужественного и видного балкарского ученого Исмаила Муссаевича Мизиева, скончавшегося в 1994 году не без воздействия развернутой вокруг него травли, иметь, обнародовать и отстаивать свои взгляды на происхождение балкарцев и карачаевцев Северного Кавказа.
Тот шабаш, который был устроен некоторыми археологами вокруг выхода в свет под моей редакцией и с моим проблемным предисловием монографии тяжелобольного И. М. Мизиева, подготовившего уже и докторскую диссертацию… не скомпрометировал безвременно ушедшего из жизни коллегу и не снял актуальности поднятых им проблем этнической истории, требующих объективного и непредвзятого исследования».

…Мы общались с Исмаилом Муссаевичем в 1995 году, когда готовили к печати в издательстве « Эль-Фа»  его последнюю, как вскоре стало ясно, прижизненную книгу – « История Балкарии и Карачая с древнейших времен до походов Тимура». Его привозили к полиграфическому комбинату им. Революции 1905 года на инвалидной коляске, и понятно, что ни о какой беседе в издательском кабинете, располагавшемся на третьем этаже, и речи не могло идти. Один из авторов этих строк спускался вниз, и на лавочке под тенистыми деревьями, что растут на проспекте Ленина, осуществлялась редакторская работа, вносились правка и изменения в корректуру.

   Порой дело доходило и до споров – в отстаивании разработанной им концепции происхождения карачаево-балкарского этноса ученый был весьма последователен, но возражения оппонентов не отрицал, так сказать с порога, а всегда внимательно  выслушивал, анализировал, творчески воспринимал. И если понимал, что не прав или неубедителен, вновь и вновь пытался докопаться до сути происходивших явлений, событий, трактуемых источников.
  Тех, кто хочет побольше узнать о духовном мире известного исследователя Кавказа, нашего современника, прожившего всего 57 лет (1940–1997), но оставившего заметный след в тюркологии, отсылаем к выпущенному нами мемориальному сборнику « Исмаил Мизиев: путь к истокам», в который вошли биографический очерк с анализом монографических работ, воспоминания современников, отрывки из записных книжек, библиография трудов ученого.
 Мы же вернемся к самим каменным божествам. В путеводителе о них сказано следующее: «К юго-востоку от селения Нижний Чегем, в густом лесу урочища Тууз-Сырт, в 1959 году было обнаружено древнее изображение животного, высеченное из цельной гранитной глыбы, высотой около 4 метров» . И еще одно предложение: « В этом же урочище был обнаружен огромный стоячий камень – менгир» .

   Речь наша только о менгире по той простой причине, что каменное изваяние животного (хотя, судя по имеющейся в том же путеводителе черно-белой фотографии, его в большей степени можно соотнести с мужским детородным органом – фаллосом, ассоциирующимся у древних с зарождением жизни) со временем оказалось утеряно. И судя по всему, окончательно. Пятьдесят лет – срок небольшой, но ни один из множества опрошенных нами жителей Нижнего Чегема не смог указать место, где находится это изваяние: вспоминали, что слышали о нем, кто-то даже видел, но большего узнать не удалось. И этому есть свое объяснение. Обнаружили его, напомним,  только в 1959 году, хотя, естественно, находилось оно здесь многие столетия. И, без сомнения, было известно проживавшим людям. Но так как в 1944 году балкарцы были депортированы сталинским режимом из родных мест и вернулись только спустя 13 лет, вероятнее всего, сведения и память о предназначении божества ушли вместе со стариками, в первую очередь пострадавшими от выпавших на долю народа испытаний и которых в чужой земле осталось больше всего.
В последующие же годы на судьбу каменного изваяния повлияло отсутствие подлинного интереса к этнической истории, варварское отношение к языческим памятникам. Уточним, божество, без сомнения, находившееся в первоначальном состоянии – в вертикальном положении,  было найдено низвергнутым, более того, разбитым (судя по всему, при падении) на две неравные части. Со временем, оно просто-напросто могло уйти в землю или зарасти кустарником и травой до такой степени, что стало практически незаметным, под силу было найти его местонахождение только хорошо знавшему человеку. Таких по прошествии полувека не нашлось…

   А вот менгир оказался известен многим нижнечегемцам – кто-то забирался на него, будучи ребенком, кто-то пас поблизости скот... Здесь, наверное, самое время сказать, несколько слов о том, что такое менгиры. Это мегалитические сооружения – вертикально врытые в землю длинные камни, обработанные человеком. Длина их достигает пяти метров. Известны подобные каменные истуканы, расположенные в Западной Европе, Северной Африке, на территории бывшего СССР – на Украине (Шибинские менгиры),  на Северном Кавказе – в Кабардино-Балкарии, в частности, в Северном Приэльбрусье – урочище Джилы-су.
   Нижнечегемский менгир, судя по фотографии в путеводителе, значительно отличался по размерам (высоте, обхвату) от последних, изображавших фигуру воина с ручной проработкой деталей лица и экипировки. Хотелось поскорее и поближе познакомиться с тууз-сыртовским каменным истуканом, но, тем не менее, наш путь к нему растянулся на целых два года. В первый раз помешала погода – лето оказалось настолько дождливым, что земля в урочище не просыхала. Глинистая колея, буквально проеденная бесконечными дождями и ручьями, опустилась настолько, что внедорожник чуть ли не намертво сел на первом же пригорке. На следующий год не смогли найти проводника, располагающего свободным временем. И наконец, нам повезло. Познакомились с Кайсыном Мизиевым – родственником знаменитого ученого. От него то и узнали, что до урочища Тууз-Сырт вовсе не обязательно добираться на машине, а следовательно, ждать осени, когда заготовители сена приведут горную дорогу в порядок. Есть и пешая, причем  короткая, тропа, которая займет каких-то полтора-два часа, а то и меньше.
   И вот июньским солнечным днем мы двинулись в путь. Тропа, ведущая от сельского кладбища, практически сразу уходит вверх, порой излишне круто – земля все время перед глазами. Подъем затяжной, тем более что на пути весьма глубокий каньон, который  приходиться обходить, что удлиняет дорогу. Тем не менее эти три-четыре километра по силам одолеть и неподготовленным туристам.

окончание следует
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments