Виктор Котляров (viktorkotl) wrote,
Виктор Котляров
viktorkotl

Categories:

ПОСЛЕДНИЙ БОЙ НА УЛИЦЕ ГОРЬКОГО

 По следам событий октября 1942 года обороны Нальчика

 Окончание

  Продолжим рассказ от имени ветерана.
…Мне становилось все хуже и хуже; нужно было показаться врачу. Тогда Аня и Зина привели врача, который сделал мне перевязку, а осмотрев глаз, сказал, что здесь он не специалист, тем более, что все достаточно серьезно. Аня предложила сходить со мной в больницу, к окулисту, а если нас остановят немцы, то она скажет, что я ее брат. Чтобы не встретиться с фашистскими патрулями и сократить путь, она решила идти через двор школы № 3.
Центральная часть школьного здания была разрушена. В глубине двора, изрытом траншеями, я увидел группу людей, смотревших куда-то вниз. Как оказалось, они стояли у крайней траншеи, выкопанной рядом с грунтовой дорогой, проходящей по окраине пустыря. На бровке траншеи стоял пулемет; его дуло было направлено в сторону Почтовой улицы. У пулемета, на дне траншее, в положении сидя на корточках, находился солдат. Головой он опирался о стенку траншеи, его пилотка сползла на затылок. Левее его, метрах в трех, лицом к нам, – второй боец.

          


 
    Казалось, они просто присели отдохнуть и заснули, обессилившие, после трех бессонных ночей. Крови нигде не было видно. Только подойдя ближе ко второму солдату я заметил, что по его лбу, сверху вниз, тянется кровяной след. Судя по всему, боец был убит выстрелом в городу. Вероятнее всего, снайпером. Мне стало ясно, почему две-три минуты молчал пулемет. Первым стрелял именно этот солдат. Когда пуля снайпера поразила его, товарищ оттащил однополчанина в сторону, усадил в траншею. После этого, перезарядив диск пулемета, увидел, что фашисты вновь поднялись в атаку, начал стрельбу. Скорее всего именно поэтому он не поменял позицию и стал легкой добычей для снайпера.

 

Я обратился к мужчине, стоявшем на краю траншеи, с просьбой посмотреть, может, у солдат есть какие-то документы. Мужчина спустился в траншею к солдату у пулемета и достал из нагрудного кармана гимнастерки книжицу внешне напоминающую комсомольский билет. Когда он раскрыл его, я краем глаза заметил, что там была фотография. Мужчина удивленно воскликнул: «Парень-то наш, нальчикский!». «Как его фамилия?»– спросил я, но мужчина не ответил. Он подошел ко второму бойцу и из нагрудного кармана его гимнастерки достал точно такую же книжицу. Еще более удивился: «И это нальчанин!» и тоже положил документ на прежнее место.
    Я не знаю, почему он не назвал вслух фамилии ребят. Их лица казались мне знакомыми – симпатичные, с правильными чертами, с густыми русыми шевелюрами, они были очень похожи, словно близнецы. В какой-то момент я даже подумал, что это братья, служившие в нашей роте, а до этого проживавшие в Вольном ауле. Но присмотревшись, понял, что это были не они.
   Надо было бы мне спуститься в траншею самому, попрощаться с ребятами, но сил на это не было. Если бы меня не поддерживала Аня, худенькая, хрупкая женщина, я бы и стоять не смог. Так и остались безымянными герои, нашедшие свой последний приют на территории школы № 3.
Далее Владимир Зеленкин рассказывает об увиденном им в больнице, куда Аня привела его на перевязку. К нашей истории это как-будто не имеет прямого отношения, но обстановку творящегося передает достоверно и правдиво.
   …В городской больнице моим глазам предстало страшное зрелище. Палаты и коридоры были заполнены тяжелоранеными бойцами, которых оставили ушедшие войска по той причине, что эвакуировать их было не на чем, да и не выдержали бы они эвакуацию. Кто-то из бойцов лежал на кроватях, но из-за нехватки последних, большинство прямо на цементном полу, отчего пройти между ними было практически невозможно.
Стоял сплошной стон, то и дело раздавались крики боли. Увидев нас, со всех сторон послышались просьбы: «Кушать! Дайте покушать! Умираем от голода!» Слезы навернулись на глаза. У нас с Аней ничего с собой не было, а бойцы продолжили просить хоть какой-нибудь еды.
Рядом с операционной, куда вела меня Аня и где работал ее знакомый врач, в тазах, в крови плавали ампутированные руки и ноги. Казалось, мы попали в ад. Когда из операционной вышел врач в красном халате, я даже не понял сразу, что цвет его стал таким от крови – только со спины халат оставался белым. Врач отругал нас и послал к своему товарищу, который мне и помог.
Когда мы уходили из больницы, вслед нам неслись сплошным гулом просьбы о еде. Потом Аня ежедневно ходила в больницу, носила раненым горячую картошку. Тоже делали на протяжении всех 72 дней оккупации многие женщины-нальчанки.
Вот такой непридуманный рассказ очевидца боев за столицу Кабардино-Балкарии. Спустя 37 лет после тех событий, в 1979 году Владимир Зеленкин побывал в Нальчике, вновь прошелся по улице М. Горького. Вот как он об этом сам вспоминал: «Второй дом от угла… Может, я бы его и не узнал в отстроенном виде, но мемориальная доска с надписью «В этом доме с 1939 по 1941 год жил основоположник кабардинской советской поэзии Али Асхадович Шогенцуов» сразу все поставила на свое место. Я зашел во двор дома. Мужчина лет пятидесяти вместе с женщиной поливали цветы. Разговорились. И удивительное дело – мужчина узнал меня. Оказывается, он, будучи мальчишкой, прятался в те октябрьские дни в подвале. Рассказал он и о том, что жители дома не раз вспоминали пулеметчика Соколова, захороненного в могиле павших защитников города, что у Вечного огня. Мужчина показал мне едва заметную под слоем штукатурки отметину на здании и сказал, что она сохранилась с тех лет. «Такие же отметины в наших сердцах», – добавил он.
Потом я направился к школе. Спустя десятилетия вновь стоял на том самом месте, где погибли два героя, о подвиге которых даже в документах полка не осталось записей, встречался со следопытами школы…
Вот что стало известно из письма Владимира Зеленкина и отцовского блокнота с записью беседы о встречи с ним. Реально ли сегодня, спустя почти 78 лет после тех событий, выяснить наконец имена героев? Мне кажется, что такая возможность есть, ведь сегодня обнародованы списки большинства участников Великой Отечественной войны. Следует изучить списки убитых, раненых и пропавших без вести 278 полка 11-й дивизии НКВД (их, как вы помните, 664 человека), попытаться вычленить из их числа нальчан, соотнести с имеющимися сведениями дату гибели (28 октября 1942 года).
Эта работа даст определенный результат, итогом которого может стать список имен среди которых окажутся и наши герои. Конечно, куда проще вскрыть захоронение, ведь у обоих погибших имелись документы. И если бумажные удостоверения могли сгнить, то медальоны должны были сохраниться. Но эксгумация предполагает целый ряд процедур и множество согласований. Поэтому поисково-аналитическая работа в данном случае видится не менее перспективной.
В заключении коротко об 11-й стрелковой дивизии внутренних войск НКВД СССР, оборонявшей Нальчик. Она была сформирована в период с 6 января по 1 февраля 1942 года по приказу НКВД СССР № 0021 от 05.01.1942 во исполнения Постановления ГКО № 1099-сс от 04.01.1942 «Об организации гарнизонов войск НКВД в городах, освобождаемых КА». Штаб дивизии формировался в г. Краснодаре, командир дивизии – полковник Хазов Иван Фролович, военный комиссар – полковой комиссар Будко Федор Андреевич, начальник штаба – подполковник Шикин. Оргштатная структура дивизии: штаб дивизии; 275 стрелковый полк; 276 стрелковый полк (командир – майор Удовиченко М.); 277 стрелковый полк (командир – майор/подполковник Жданов); 278 стрелковый полк; 279 стрелковый полк (командир – майор Довженко).
9-15 августа 1942 года в районе Минеральные Воды-Ессентуки дивизия вела тяжелые бои с 3-й танковой дивизией вермахта. Части дивизии потеряли убитыми: 17 кавалерийский полк – 127 военнослужащих; 275 стрелковый полк – 112 военнослужащих; 278 и 279 стрелковые полки – данных нет.
По состоянию на 25 октября 1942 года личный состав дивизии: 1956 военнослужащих. Дивизия имела на вооружении 3 артиллерийских орудия, 26 минометов, 48 противотанковых ружей. С 25 октября по 01 ноября 1942 года 17-й кавалерийский полк совместно с 278-м стрелковым полком участвовал в обороне г. Нальчик.
С 10 февраля 1942 года дивизия входила в состав Действующей Красной Армии, а 15 декабря была расформирована по приказу НКВД СССР № 002695 от 11.12.1942. Личный состав 17 кавалерийского полка, 275 стрелкового полка, 276 стрелкового полка, 278 стрелкового полка был передан на пополнение 2 гвардейской стрелковой дивизии Красной Армии.

Subscribe

  • МЕГАЛИТЫ РЯДОМ С НАЛЬЧИКОМ

    Завтра едем в окрестности Нальчика, чтобы поближе познакомиться с необычным объектом – каменными истуканами, расположенными на Пике-1 у…

  • Темрез-кол

    Добраться сюда можно только пешком. Но это непросто, если вы решили выдвигаться в середине лета. Дорога под палящим июльским солнцем, когда ты…

  • ГЕОРГИЙ ПОБЕДОНОСЕЦ И АНДЕМИРКАН: КРЕПКОЕ ЗАПЯСТЬЕ На земле Аушигера

    На земле аушигерской, в непосредственной близости друг от друга находятся некогда священная для адыгов гора и остающаяся священной могила. Я побывал…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments