Виктор Котляров (viktorkotl) wrote,
Виктор Котляров
viktorkotl

Categories:

ПЯТЬ ПЕРЕВАЛОВ ЗА ОДИН ДЕНЬ

 6. По Чегемскому ущелью к перевалу Актопрак

 – И что? – я вопросительно посмотрел на Андрея.
   – Пока не знаю.
    Он вылез из машины, открыл капот, долго копался. Что он мог увидеть в такой темноте, я представлял с трудом. Потом Андрей что-то искал в багажнике. Как оказалось, фонарик. Положил его на капот. Загремел ключами. Здесь я ему был не помощник. Юношеский опыт вождения, когда я, обучаясь этому важному навыку на занятиях военной кафедры при КБГУ (а они в мою студенческую бытность – начало 70-х годов прошлого века – проходили на площади перед стадионом; сейчас она называется площадью Абхазии) отгородил меня на всю жизнь от шоферского места. Помнится, я что-то не так сделал и мгновенно вылетел на проспект Ленина, чудом не протаранив машину, пролетевшую буквально перед носом мощного военного «ЗИЛа», которым я и управлял под непосредственным руководством сидящего рядом инструктора. Как оказалось, от такого моего маневра он тоже так растерялся, что не нажал на тормоз, кстати говоря, общий для ученика и учителя.


    Воспоминания почти сорокалетней давности так отчетливо всплыли перед глазами, что я даже забыл, где нахожусь и почему здесь оказался. Фары идущей на встречу машины вернули к реальности: мы в Чегемском ущелье, совсем недалеко от Эльтюбю. Добираться до перевала надо где-то около тридцати километров. Саму главную достопримечательность ущелья – его теснину и водопады мы не проедем. Остается только вспомнить, что писал об этих местах мною любимый писатель-географ Сергей Анисимов, ныне, к сожалению, совершенно забытый. Итак, очередной кусочек из книги «Кабардино-Балкария», вышедшей в 1937 году. Кстати говоря, Чегемская теснина, как и те, о которых я писал ранее, объявлена памятником природы.

  А теперь и само описание боле чем 80-летней давности: «Выше Нижнего Чегема очень близко вход в ущелье Су-Азу, или по-русски «Водяное горло». Это одно из интереснейших ущелий Большого Кавказа, прорезанное Чегемом в Скалистом хребте. Здесь река несется в глубокой пропасти, а над нею встают удивительные по формам и по окраске грандиозные скалы, заканчивающиеся высоко в небе доломитовыми пиками.
    Дорога подходит к склонам, которые тесно смыкаются, перед глазами встают отвесные стены из розоватых известняков, убранных лесной порослью. Кажется, что дальше двигаться некуда. Горы стали на пути непреодолимой преградой. Но вот еще один изгиб, и дорога оказывается в горной щели на узень¬ком карнизе над пропастью, в глубине которой дико ревет Чегем. Это теснины Тебен-Су-Азу, или «Нижнее водяное горло». Этот карниз, на всем своем протяжении, примерно около 8 км, представляет замечательную по дикой красоте горную панораму.
    Теснина еще суживается, и в ней залегает всегда полная глубокая тень. Правая сторона по течению реки представляет сплошную стену водопадов, по-балкарски Шау-Денла. Перед водопадами мост, переброшенный над пропастью, через правый приток Чегема – Колу-Минкол. За ним второй такой же живописный мост. Мосты эти, смело перекинутые с карниза на карниз среди отвесных стен, дают ощущение всей романтической прелести этого ущелья, когда смотришь с них вниз на бурное течение Чегема в каскадах и водопадах. А река так наполняет ревом и стоном всю эту глубокую и тесную пропасть в Скалистом хребте Большого Кавказа, что заглушает человеческий голос.
На протяжении всех этих 8 км в зависимости от состава и твердости пород причудливо меняются формы и цвет скал. То они встают в виде грандиозных башен и крепостных бастио¬нов, то вытягиваются стройными зубцами крепостных стен, то нависают полу туннелями над карнизом дороги, образуя самые разнообразные скульптурные фигуры гигантских раз¬меров, напоминающие головы чудовищ или колонны каких-то зал. Все это сказочно декорировано роскошно развивающейся здесь травянистой растительностью с массой цветов, украшаю¬щих все скалы и карнизы. А повыше, где уже играют блики солнца, лиственные деревья и горные сосны четко вырисовываются силуэтами на лазоревом небе».
…Андрей закрыл капот, молча сел на водительское место.
– Понимаю, приехали? – прервал я затянувшееся молчание.
– Не знаю, в чем дело. Просто не знаю!
В голосе моего спутника звучало такое отчаяние, что мне стало стыдно за свое в какой-то мере отстраненное поведение. Впрочем, каким оно могло быть? Больше 14 часов в машине, причем на продавленном сиденье. Ноги затекли, ноют невыносимо, отчего то вытягиваю их, то боком разворачиваю, а легче все равно не становится. Руки и то не знаю куда деть. А о том, что в животе творится и говорить не приходится.
Во-первых, весь день мы ничего не ели и пара завалявшихся конфет в кармане здесь вовсе не в счет. Вода же в полулитровой бутылке, которую я за время поездки пополнил всего лишь раз, давно закончилась. Во рту пересохло настолько, что язык, казалось, прилип к гортани.
Во-вторых, постоянная тряска судя по всему сдвинула в организме все, что можно было. Живот непонятно почему втянулся, почки пульсировали, напоминая о камнях, образовавшихся за десятилетия злоупотребления солью. Не хотелось даже и думать о том, что они покинут привычное место и двинутся на свободу… Им свободы все равно не видать, а для меня тогда настанет полная. Кладбищенская.


    Но отчаяние Андрея побудило отвлечься от физиологических проблем.
– Коль так, надо обращаться за помощью – у меня в Эльтюбю много знакомых. Найдем место, где телефон работает и попросим о помощи. Уверен – откликнутся. Но ночевать наверняка приедтся в селе.
– Нет, нам надо ехать! – Андрей сорвался на крик. – Я кровь из носа должен быть сегодня в Нальчике. Я должен позвонить, а вы должны подтвердить…
–-Это становилось интересным. Кому позвонить и что я должен подтвердить?
– Моей девушке. Вы должны подтвердить моей девушке, что мы проехали все пять перевалов.
– Я? Почему я?
– Она сказала, поверю тебе только тогда, когда Котляров подтвердит твои слова. Она вас регулярно читает в Фейсбуке, восхищается вами.
– Да я бы и так подтвердил. Без таких тяжких мучений.
– Это было бы нечестно!
– Да, это верно – нечестно. Но что сейчас прикажешь делать? Мы ведь однозначно не успеваем приехать сегодня в Нальчик. Посмотри на часы – уже восемь. Ты уверен, что все проверил? Бензин, кстати, есть?
– Бензин? Бензин! – крик Андрея чуть не разорвал мои перепоки.
– Бензин! Он на нуле. Я ведь заправил совсем недавно полную канистру, а стрелка показывает, что его нет.
– Недавно! Мы заправлялись в Безенги и уж очень быстро ты опорожнил канистру. Скажи честно – она была неполная?
Андрей промолчал.
– То-то. А потом ты то и дело газовал, пытаясь выбраться из колеи. «Газовщик» доморощенный. Так и скажи своей девушке: Котляров назвал меня «газовщиком».
    В этот момент увидел свет фар – нам на встречу ехала какая-то машина. Я решительно вышел из «Нивы» и стал посредине оставшейся дорожной полосы. Теперь, не остановившись, никто мимо нас проехать не мог. Водитель затормозил, открыл стекло. Я представился, объяснил в чем дело и даже чуть схитрил: сказал, что для нас топливо вопрос жизни и смерти, ибо в Нальчике нам надо быть до полуночи.
    …Было бы неправдой, если бы я сказал, что с нами сразу поделились бензином. Это произошло минут через десять, когда я остановил уже третью по счету машину (здесь нам повезло: они шли практически одна за другой). Именно у этого водителя оказалась запасная канистра с топливом, за которое мы с лихвой расплатились.
    За те мгновения, что я благодарил добросердечного водителя, Андрей успел не только просигналить, но даже тронулся с места. А когда я сел, он так рванул, что сиденье показалось ушло из-под меня…

  Окончание следует

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments