Виктор Котляров (viktorkotl) wrote,
Виктор Котляров
viktorkotl

Category:

МИСТИКА ЛЕСО-КЯФАРСКОГО ГОРОДИЩА

 Часть пятнадцатая. Фантомы страха

  Уже смеркалось, когда я начал спускаться с обрыва, будучи твердо уверен, что там, внизу, обязательно попаду на дорогу, ведущую в поселок. Спуск, как мне представлялось, должен был быть недолгим – метров 25-30. И хотя он оказался куда длиннее, но действительно вывел меня к лесной дороге. На ней, в лужах, оставшихся после неизвестно когда прошедшего дождя, даже отпечатались следы от протектора машины.
    Напряг свои не очень глубокие познания, я догадался, что это были следы шин отечественного автопрома, скорее всего от «Уазика». Сразу вспомнилось, что Виктория, когда мы только приехали в Лесо-Кяфарь и безуспешно искали Виталия, ее гида по здешним местам, говорила, что у парня есть такая машина, на которой он возит туристов. Причем забирается в такую глухомань, где кроме него никто не рискует бывать. А поэтому у меня появилась уверенность, что здесь побывал именно Виталий.


    Сразу стало веселее. Дорога, какой бы она длинной не была, это все-таки дорога, она обязательно приведет к жилью, к людям. И я бодро зашагал вперед. Поражали деревья, среди которых проходила лесная дорога. Стволы большинства из них, особенно те, что располагались поблизости от городища, были искорежены, словно их изогнула какая-то могучая внешняя сила. Деревья такой причудливой и неестественной формы я видел в ряде мест Кабардино-Балкарии, которые принято называть геопатогенными зонами. Хотя, на мой взгляд, подобная изогнутость связана в большей степени с нехваткой каких-то микроэлементов в почве.

  Чем дальше я шел по дороге, тем ровнее становились стволы деревьев. Налетевший ветер шумел в их кронах, и от этого становилось тревожно на душе. Представлялось, что эти звуки издает не ветер, а кто-то скрывающийся за деревьями.
В какой-то момент ощущение, что за мной кто-то наблюдает, а то и идет, стало настолько сильным, что я остановился, прислушался. Преследователь (если он был, конечно) никак не давал о себе знать; возможно, он тоже замер.
Как поступить дальше я не знал – впереди не виделось ни одного огонька, хотя прошел уже достаточно. А если это не та дорога, то куда она меня приведет? Что делать? Непроизвольно полез в карман, достал телефон. Есть ли сеть в такой глухомани? И если есть, то кому, спрашивается, звонить? Никого здесь не знаю, кроме Виктории. Остается только она.
Я нажал кнопку вызова, но экран не засветился. Что такое? Телефон разрядился? Но я ведь только утром снял его с зарядки, а сегодня мне никто не звонил. Что за ерунда? Мистика какая-то.
Все мои усилия реанимировать аппарат оказались тщетны, и от этого стало еще тоскливее.
Уже полностью стемнело. Небо было закрыто облаками, скрывавшими луну и звезды. Темень стояла такая, что на расстоянии шага ничего не было видно.
Неожиданно навалился страх, от которого по телу пробежала дрожь. Через какие-то секунды она сотрясала буквально всего меня. Судороги, как известно, это мышечные спазмы (кратковременное или частые), возникающие независимо от нашей воли, вызванные патологической электростатической разрядкой нейронов. Чаще всего их причиной является кора головного мозга, подкорковые центры. Что вполне было в данном случае объяснимо. Раньше ничего подобного со мной не происходило, но был свидетелем, когда одного из друзей буквально передергивало во время неожиданного приступа – он трясся в конвульсиях и мы (втроем или вдвоем, точно не помню) еле-еле удерживали его.
Страх прочно поселился в моем теле, причем он усиливался с каждой минутой. Силуэты деревьев, проплывающие перед глазами, принимали столь причудливые очертания, что воспринимались страшными чудовищами из фантазий Босха. Тем более, что в этот момент я явственно услышал где-то вдалеке, сбоку от меня, шорох. Кто-то, большой и неуклюжий, буквально продирался через кусты.


   Я метнулся к ближайшему дереву, прижался к нему, пытаясь слиться с ним. Непроизвольно зажмурил глаза. Вот этот кто-то, страшный и неукротимый, прошел мимо меня; шум, издаваемый им, стал глуше. Невероятным усилием воли я заставил себя оторваться от дерева и посмотрел на дорогу. Выглянувшая словно специально в этот момент луна высветила невероятную картину – кто-то, бесформенно-безобразный, двигался впереди. Но это был не человек, а жуткое нечто, бесплотная сущность, сквозь «тело» которой я увидел силуэт дерева, растущего с противоположной стороны дороги.
Изо рта вот-вот был готов вырваться крик и чтобы он не прозвучал, я стиснул зубы, сжал до боли губы и более того – прикрыл рот ладонью. Да с такой силой, что зубы непроизвольно впились в мякоть ладони.
Я настолько испугался, что не мог сделать и шагу. Как поступить?
Оставаться на месте, прячась за стволом дерева, чтобы тот, кто меня преследовал (а я уже не сомневался в существовании своего преследователя), не заметил? А если он обладает звериным чутьем и почувствует мой страх и вернется? А я даже не смогу защититься, так как у меня с собой ничего нет. Даже камня.
Лихорадочно я опустился на корточки, стал руками ощупывать траву возле дерева, за ним. Наконец, нащупал камень, поднял его. Так прошло где-то минут 5-7, сколько именно, точно сказать не могу, так как время для меня остановилось. Тишину ничего не нарушало. Может, мой преследователь уже далеко? Луна вновь спряталась за тучами. Снова стало ничего не видно.
Надо было принимать какое-то решение, и я убедил себя, что следует двигаться дальше по лесной дороге. На ощупь, тщательно выверяя ногами каждый шаг, чтобы не отойти в сторону и окончательно не заблудиться, я двинулся вперед. По логике вещей, Лесо-Кяфарь должен был быть где-то совсем близко, возможно, в двух шагах. Просто мне было не видно его огней из-за густого полога леса.
Нестерпимо болела голова, казалось, она вот-вот взорвется. Боль с левой стороны живота то отступала, затихая на какое-то мгновение, то вновь усиливалась, нарастая и нарастая, пока не доходила до наивысшего пика.
Что со мной происходит? Почему это все? Если головную боль я еще мог как-то понять – перенервничал, то боль в животе была необъяснима. Я ведь сегодня ничего практически не ел, если не считать пару пирожков с капустой (по одному мне и Виктории), которые мы купили у бабушки.
К боли в голове и животе прибавилась жажда. Рот пересох, все внутри спеклось. Я постоянно облизывал ставшие шершавыми губы, но слюны не было. В какой-то момент не смог даже засунуть язык в рот, он просто не слушался, не хотел возвращаться на положенное ему место.
Так с открытым ртом и высунутым языком я стоял, понимая, что долго не выдержу, что еще немного и упаду на землю и умру. От страха ли, от обезвоживания, или от чего-то еще…
Пересилив себя, медленно, короткими шагами (да какими там шагами – шажками), словно столетний старик, я снова двинулся вперед. При этом останавливался через каждые пять-шесть шажков, пристально вглядывался и вслушивался в темноту. Вокруг было тихо. Никто не шел впереди меня, никто меня не преследовал.
Я взглянул на часы и непроизвольно выругался. Вслух, достаточно громко, забыв про возможного преследователя. Стрелки на часах не двигались. Этого вообще не могло быть! Этого не должно было быть! Они еще никогда не останавливались. Я поднес руку с часами к глазам и скорее не увидел, а почувствовал, на какой цифре они застыли. Стрелки сомкнулись и показывали полночь. Когда же они остановились? Сколько времени до рассвета? И когда в этих местах светает?
Я чувствовал себя настолько отвратительно, что захотелось вырвать, освободиться от того, что скопилось внутри. Я засунул два пальца в рот, попытался вызвать рвоту, но это не удалось – пальцы застряли в пересохшем горле. Казалось, что кто-то невидимый и могущественный, впился в меня, управляет всеми моими реакциями и при этом злорадно ухмыляется. Мне даже показалось, что откуда-то из-за деревьев доносится смех. Нет, не смех – страшный хохот.
Я мотнул головой, словно сбрасывая с себя это наваждение, вновь прислушался. Вокруг по-прежнему стояла тишина. Абсолютная звенящая тишина. Но звенело в моей голове.
Я выпрямился, так как до этого шел в прямом смысле на полусогнутых ногах, с силой втянул в себя воздух. Он со свистом, через сопротивляющуюся гортань, вошел внутрь; слизистая рта напоминала ссохшуюся хлебную корку.
Я стал усиленно, раз за разом шумно втягивать в себя воздух. И чем активнее проделывал это, тем дальше отступала боль.
Из-за туч выглянула луна. Ее свет заплясал в лужах, скопившихся в ямах и колее, а потом, как живой, устремился вперед по дороге – извилистой, по-прежнему устремленной в неизвестность, но уже не такой страшной и таинственной…

Продолжение следует

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments