viktorkotl

Иная реальность

В поисках запредельного


Previous Entry Share Next Entry
viktorkotl

НАЛЬЧАНИН ЛЕО МОЛ – КАНАДСКИЙ СКУЛЬПТОР УКРАИНСКОГО ПРОИСХОЖДЕНИЯ

   Часть третья, заключительная
    Когда же именно это произошло? Маргарет, супруга художника, с которой впоследствии переписывалась Н. Емельяненко, сообщила ей такую деталь: когда в Нальчик из Москвы были эвакуированы знаменитые актеры, режиссеры, композиторы, художники, Молодоженин работал в одном помещении с композитором Сергеем Прокофьевым (1891-1953). За это время скульптор успел создать бюсты актеров театра и кино Михаила Тарханова (1877-1948) и Варвары Масалитиновой (1878-1945), гравёра и живописца Ивана Павлова (1872-1951). Если вспомнить, что выдающиеся деятели культуры страны находились в Нальчике с лета по позднюю осень 1941 года, то станет ясно, что Леонид Молодоженин действительно не попал в мобилизационный призыв 1941 года. Ну а самое главное: такое воинское образование как грозненский курсантский полк было создано летом 1942 года: в него было переформировано Грозненское пехотное училище. «13 июля 1942 года полк в составе 2435 человек убыл в действующую армию на только что созданный Сталинградский фронт. В связи с тяжелой обстановкой курсантские полки были выведены на передовой край – левый фланг 64-й армии. В первый же день боев Грозненский курсантский полк отбил четыре атаки противника и дважды его контратаковал.



    В дальнейшем курсанты оказались в окружении, потеряв с 1 по 15 августа 1942 года 656 человек, в том числе было убито 114, ранено 338 и без вести пропало 204 человека. В ночь с 24 на 25 августа полк предпринял последнюю контратаку, прорвался через вражеское кольцо и с большими потерями вышел из окружения, соединившись с частями 64-й армии, оборонявшей южные подступы к Сталинграду.


    30 августа, после ожесточённых боев, остатки полка были отведёны на средний оборонительный рубеж, а 2 сентября — на внутренний. От многих взводов в лучшем случае в живых осталось два-три человека. Почти весь Грозненский курсантский полк ушел в вечность, но не в забытье. На фронтоне Дворца культуры села Васильевка вмурована мемориальная доска. На ней золотыми буквами высечено: «Здесь стоял насмерть отдельный Грозненский курсантский полк».
Но помимо письма есть еще одно подтверждение того, что Леонид Молодоженин на самом деле участвовал в боях под Сталинградом в составе Грозненского курсантского полка – его фамилия выгравирована на мемориальной доске. Допустить, что в составе курсантов был кто-то другой с такой же фамилией просто невозможно: фамилия редчайшая; среди имен участников Великой Отечественной войны, размещенных на сайте «Память народа», встречается всего несколько раз..
Следовательно, после того, как курсантский полк был разбит, Леонид вернулся в Нальчик. Проще говоря – дезертировал. Вот почему он так тщательно избегал упоминания об этом периоде в своей жизни.
О том, что он в 1942 году был в Нальчике, свидетельствует не только и не столько его беседа с немецким журналистом Эрнстом Шуле, о котором нам известно со слов опять же Леонида, но и тот факт, что в Германии на принудработах он оказался не один. Л. Плужникова, близкая подруга Нины Молодожениной, рассказала Надежде Емельяненко, что Григорий Кириллович и Виктор, отец и брат Леонида, ушли из Нальчика вместе с немцами. Встретили в Берлине Леонида, устроились с его помощью на работу: отец – швейцаром в театре, брат – художником-декоратором. Косвенным доказательством пребывания отца в это время в Берлине служит и его скульптурный портрет, выполненный Леонидом в 1944 году и названный «Кириллыч». Маловероятно, что ваял он его не с натуры, а по фотографии, так скульптура реалистична и живописна.
После войны родственники Леонида решили вернуться в Нальчик, несмотря на то, что он их пытался отговорить. Опасения оправдались – Григория Кирилловича арестовали в 1945 году, сразу после приезда в Нальчик; Виктора позже – зимой 1946 года. Будто бы впоследствии, уже в перестроечный период девяностых годов, Григорий Кириллович и Виктор Григорьевич Молодоженины были реабилитированы.



Так это или нет, как и дальнейшую судьбу родных Леониду людей еще предстоит выяснить. Но подтверждением того, что его брат Виктор не умер в лагере, как утверждают некоторые источники, а вернулся к нормальной жизни, служит письмо, найденной исследователем А. Кураш в Центральном государственном архиве КБР. Письмо это адресовано драматургу Аскерби Шортанову и содержится в его фонде. Оно датировано 1 декабря 1967 года, отправлено из города Прокопьевска Кемеровской области, где на проспекте Шахтеров и проживал Виктор Григорьевич Молодоженин. Вот что в нем говорится: «Уважаемый Аскерби Тахирович! С величайшим удовольствием прочитал Вашу первую книгу рпомана «Горцы» Написать Вам благодарю – это так ничтожно мало. Ибо, читая, вновь вернулся в Кабарду, опять как-будто дышал воздухом гор, увидел и шумно-говорящий Баксан, и Малку, и хитрый Чегем и Подкумок, и над всем этим в сизовато-голубоватой дымке величавый Ошхамахо! Непередаваемую по красоте и и краскам долину нежного, но порою и грозного Нальчика».
Далее адресант высказывает свое восторженное мнение о романе Аскерби Шортанова и просит выслать ему наложенным платежом вторую книгу.
Но самое интересное для нас в этом письме сообщается в постскриптуме: «Вы безусловно близко знаете Зелимхана Аксирова. Передайте ему от меня большой-пребольшой привет. Надеюсь, он вспомнит, когда Вы ему напомните о его первой пьесе «С восходом солнца» и кто ее оформлял как художник».
Пьеса «Дыгъэр къышыкъуэкiым» («На восходе солнца») Залимхана Аксирова была поставлена в 1945 году, а значит, Виктор Молодоженин на самом деле был арестован зимой 1946 года, выслан в Сибирь, где впоследствии и обосновался.
Но здесь мы забежали вперед, а поэтому вернемся к осени 1942 года. Дальнешие события осени жизни Леонида Молодоженина со слов его биографа таковы: «Дома были пролиты материнские и отцовские слезы, но выбора не было: нужно было выбираться в далекую Австрию. Пленники ехали под охраной. Вот и Украина – неизвестная, невиданная, но все же родная: ведь у родителей только о ней и были разговоры. На узловых станциях подсаживали все новых пленных – в основном девушек, а если парней, то подростков. Леонида начали одолевать сомнения в искренности Эрнста Шуле, но они рассеялись, когда, согласно написанному в путевке, его отделили от других и направили в Австрию».
Попав в мастерскую, Молодоженин ничего не сказал о учебе в академии, удивив своим профессионализмом Фрасса. Тот посоветовал ему поехать в Берлин для посещения вечерних занятий в Берлинской академии искусств. Здесь Леонид устроился помощником мастера у скульптора Франца Климша. В Берлинской академии искусств он учился у профессора Рихарда Шайбе. В 1943 году состоялось его знакомство с Маргарет Шолтс, ставшей в скором времени его женой.
В 1945 году, после завершения Второй мировой войны, Молодоженин, понимая, что его биографией весьма скоро заинтересуются, переезжает в Голландию, далее Великобританию, а потом и Канаду, где и становитсчя Лео Молом, всемирно известным скульптором..
Особенно знаковыми для него стали шестидесятые годы прошлого века, когда он победил в международном конкурсе на изготовление памятника Тарасу Шевченко в Вашингтоне. Присутствие на открытии этого величественного монумента (бронзовой статуи высотой 7 метров и весом 45 тонн) Дуайта Эйзенхауэра, знакомство с ним и предложение исполнить скульптурный портрет уже самого экс-президента США способствовали международному признанию Лео Мола. По заказу Ватикана он делает скульптурный портрет Папы Иоанна ХХIII, бронзовые бюсты Папы Павла VI и Папы Иоанна Павла. Но об этом периоде жизни великого ваятеля современности написаны книги, статьи, сняты фильмы. Один из них называется весьма симптоматично: «Лео Мол в свете и тени» (Канада, 1994).
На исходе жизни скульптор пожертвовал свою коллекцию из 200 бронзовых скульптур и других работ городу Виннипегу, на основе которых был открыт «Парк скульптур Лео Мола». Часть своих творений он передал в Украину – Национальному музею Тараса Шевченко. Не оказался забытым и Нальчик. Но здесь, как и многое в биографии Леонида Молодоженина, связанное с Нальчиком, не все оказалось так просто. Вот отрывок из той давней, 2008 года, публикации в «Газете Юга». Надежда Емельяненко рассказывала: «Я связалась в Канаде с супругой Молодоженина Маргарет, между нами завязалась переписка. К сожалению, 93-летний Лео Мол уже не способен адекватно воспринимать мир. Но он улыбается, когда Маргарет говорит о Нальчике... По словам супруги, Лео Мол постоянно вспоминал Нальчик и очень тепло отзывался о нем.
…Сначала Маргарет прислала фотографии, проспекты, журналы, связанные с творчеством Лео Мола. Потом сама спросила, захотим ли мы иметь работы мужа у себя в музее. Нам в дар Маргарет отправила 10 живописных полотен, 12 гравюр-офортов и 14 скульптурных работ.
Маргарет собрала эти работы, общим весом 123 килограмма, и отправила в Россию. Но, к сожалению, посылка до нас не дошла. Сейчас она находится на таможне в Москве. За растаможку нужно платить огромные деньги, которыми музей не располагает. Министерство культуры тоже не может выделить такие средства. Мы оказались в очень неудобном положении. Нам бесплатно присылают бесценный дар - а мы не можем его принять! Сейчас ведутся переговоры с российским посольством в Канаде и представительством Кабардино-Балкарии в Москве, чтобы найти какой-то выход из сложившейся ситуации. Будем ждать»...
Лео Мол скончался в июле 2009 года. Его коллекции Нальчик так и не дождался…
В журнале «Русское зарубежье» (2015, № 1(12) канадская исследовательница Мария Лакман опубликовала большую статью о скульпторе – «Фантазии Лео Мола». Строками из нее нам и хочется завершить рассказ о нальчикском периоде жизни Леонида Молодоженина: «…Его неистовая работоспособность, скромный образ жизни, умение очерчивать границы при общении, определялись – не думаю, что это будет преувеличением – тем коротким отрезком времени, о котором, по сути, мы не знаем главного: что в точности он совершил, что действительно пришлось пережить, какие решения пришлось принять... Люди, которые долго были с ним знакомы, чувствовали некую недоговорённость, необъяснимость некоторых вещей, следы пережитого в прошлом: «Он словно нёс какую-то миссию…
Данное свыше блестящее сочетание – неленивой души, огромного трудолюбия и многогранной щедрой одарённости – не могло оставить его в тени. Талант оказался выше страха, смятения, желания быть незаметным, он словно направил на него луч прожектора, поднял на пьеде- стал и показал миру».

?

Log in

No account? Create an account