viktorkotl

Иная реальность

В поисках запредельного


Previous Entry Share Next Entry
viktorkotl

КУПЕЧЕСКИЕ СЕМЬИ

Родовые корни предпринимательства в Кабардино-Балкарии

 Как успеваю и сам не знаю. Тем не менее сегодня практически завершил работу над книгой под таким названием. Выйдет она в ноябре этого года в рамках проекта «История российского предпринимательства». Книге (она содержит множество ранее неизвестных, в основном лореволюционных, фотографий) предшествует автрское предисловие. вот оно.

ДУШИ – ЧУВСТВИТЕЛЬНЫЕ,
ТАЛАНТЫ – МНОГОСТОРОННИЕ,
СЕРДЦА – ОТКРЫТЫЕ…

 До октябрьской революции 1917 года (или октябрьского переворота, как сейчас принято говорить) улица Кабардинская была главной в слободе Нальчик; ее центром – культурным и торговым. Именно здесь бурлила жизнь, как общественная, так и повседневная; располагались практически все торговые заведения.
Потомственный почетный гражданин города Белёва Тульской области Василий Анатольевич Карягин, волею судьбы оказавшийся в Нальчике в начале 1900-х и влюбившийся в дочь купца Николая Вязмитина Александру, преподнес ей стихотворное посвящение «Описание Нальчика».
Есть в нем такие строки:
Потом глазам неотразимо
Большие вывески гласят:
Зипалов, Сухов и Ифраимов
И им подобных целый ряд…
«Им подобных ряд» – лавки Баранова, Вязмитина, Калмыкова, гостиницы Шуйского и Кривчика…
Кем же были эти люди, почему новая власть, реквизировав их собственность, подвергнув всевозможным репрессиям, вплоть до уничтожения, попыталась вытравить саму память о

первых предпринимателях Нальчика?




      Да потому, что не являлись они в своем подавляющем большинстве кровопийцами и угнетателями, как окрестила их советская власть. А были выходцами из гущи народа, его лучшей части – представителями тех масс, которые отличала не только высочайшая работоспособность, но и предприимчивость, смекалка, желание не плыть по течению, а направлять это течение в нужное русло.

Вот почему богатство, нажитое ежедневным трудом, ничуть не изменило отношение большинства из этих людей к труду, не подвигло к бездельничанью.
Крупный землевладелец Василий Емельянович Калмыков даже в пожилые годы трудился в хозяйстве от рассвета до заката. Его руки не чурались самой черновой работы – на земле ли, со скотом ли – справлялся так, что любо-дорого было посмотреть. Почему так? Денег ему что ли не хватало? Хотел загрести побольше? Да вовсе нет! Просто не мог по другому. Работал сам и приучил к постоянному труду всех детей. Заняты были в коневодстве (разводили племенных лошадей) и овцеводстве, на мельнице и маслобойке, кирпичном и черепичном заводах, торговали зерном, перегоняли лошадей в Турцию и Иран. И отнюдь не все складывалось благополучно – по семейным преданиям один из сыновей в подростковом возрасте погиб (был застрелен) в горах при перегоне скота. Другой, спасая брата, утонул. Третий, будучи в Иране, подхватил инфекцию и с болезнью не справился. Там и похоронен по православному обряду. Умерла в девичестве и одна из дочерей.
Но ведь не опустил руки Василий Емельянович. Продолжал трудиться, в том числе и на общественном поприще. В. Е. Калмыков, как землевладелец Нальчикского округа, был допу¬щен к выборам в Государственную думу (1906), являлся почётным блюстителем Тамбовского хуторского общества во Владикавказе, членом совета Терского общества сель¬ского хозяйства и сельхозпромышленности (1911-1912). Занимался благотворительностью.
Как и Василий Семенович Зипалов, в память о котором Министерство народного просвещения утвердило «Положение о стипендии Потомственного Почетного гражданина При Пятигорском трехклассном городском училище», формировавшейся за счет процентов с завещанного им капитала.
Как и его родственник Петр Григорьевич Зипалов и другой нальчанин Михаил Ильич Шуйский, жертвовавшие солидные суммы на школьное образование.
Как и почетный член Нальчикского благотворительного общества пятигорский мещанин Терской области, торгующий в слободе Нальчик Иван Баранов, который, как говорится в архивных документах «в продолжение многих лет оказывает большую материальную помощь Нальчикской женской Михайловской бесплатной школе, производя на свой счет ремонт  зданий школы, и оказывает всевозможное содействие к поддержанию названного училища»зданий школы, и оказывает всевозможное содействие к поддержанию названного училища».




А ведь это только малая часть благотворительных деяний купца Ивана Баранова. Помимо этого он, «приняв на себя личное распоряжение по постройке в поселке Ново-Ивановском (Цугулиевке) деревянной церкви с таковою же колокольнею на каменном фундаменте и пожертвовав для этой благой цели собственный материал и деньги, а также на свои средства купив иконостас, колокола и всю церковную утварь, в 1888 г. окончил постройку церкви в помянутом поселке и на нужды эти он израсходовал из собственных средств около семи тысяч рублей.
Он же Баранов в пос. Ново-Ивановском на свои средства приобрел в безвозмездное пользование церковного причта 50 десятин земли и выстроил деревянный дом и таковое же здание для школы и ежегодно взносит сумму 600 руб., необходимую на содержание в том поселке священника и псаломщика».
Эти люди были жертвователями. И вовсе не потому, что так было принято. А совсем по другой причине. Той, что емко и образно сформулировал классик армянской литературы Александр Ширванзаде говоря о российском нефтяном магнате и филантропе Александре Манташеве: «Не количество огромных сумм, а сердце – вот то, что играло единственную и величайшую роль в благотворительности Манташева. Он жертвовал не из пустого тщеславия или заднего умысла, он жертвовал потому, что так диктовала его чувствительная душа».
Души этих людей были чувствительными, таланты – многосторонними, сердца – открытыми.
Захарий, родной брат Ивана Баранова, отец знаменитого фольклориста Е. З. Баранова, «довольно хорошо рисовал карандашом, резал по дереву, слесарничал». За спасение на пожаре женщины с ребенком, после которого у него остались на всю жизнь шрамы от ожогов, Захарий Баранов был удостоен серебряной медали. Но, как пишет сын, «медали он никогда не носил, был скромный человек и к подобным «отличиям» и «почестям» относился с благодушной насмешливостью».
Самобытными личностями были и другие предприниматели, о которых рассказывается в этой книге. Так Петр Григорьевич Зипалов запомнился как человек просвещенный, много читающий, любящий музыку. Рояль в его доме был не частью обстановки, а свидетельствовал о духовно-нравственном развитии хозяев. Как вспоминали слобожане, музыка звучала из открытых зипаловских окон постоянно. И есть какая-то внутренняя связь, что именно здесь разместилась уже в советское время республиканская филармония.
Особняк Зипаловых стал для слободы Нальчик не только очередной торговой точкой – на первом этаже размещался магазин «Мануфактура», а по большому счету – культурно-просветительским центром: второй этаж был отдан под киноконцертный зал «Синема». Здесь крутили не только первые немые фильмы, но и ставили благотворительные спектакли.
Поэтому объяснимо, почему новая власть попыталась вытравить из памяти нальчан даже саму память о неординарных предпринимателях, коими являлись Барановы, Зипаловы, Шуйские и другие. Не удалось – память людская хранит имена тех, кто творил не только себя и свой мир, но и добро для других.
Ныне в городе почти не осталось домов первых предпринимателей, а те, что есть, обезличены, не несут никаких сведений о своих владельцах. Это еще не поздно сделать, это нужно обязательно сделать. И даже не ради тех, о ком мы ведем речь. А ради нас самих, ради того, чтобы наша история была полной и объективной, а ее страницы не пестрели белыми пятнами.
Многие десятилетия имена тех, о ком будет рассказано, их родных и близких находились под негласным запретом. Поэтому таким непростым делом оказалось восстановление дат, деяний и судеб героев повествования.
Но работа с архивными документами, многочисленные встречи, телефонные беседы с оставшимися в живых родственниками позволили, пусть и не полностью, частично, штрихами восстановить биографии предпринимателей, историю купеческих семей Нальчика.
В этом особую благодарность автор выражает старейшему архивисту Кабардино-Балкарии Евгении Тютюниной, без консультаций которой данная работа вряд ли бы состоялась. А также нальчанам Ольге Пучковой, Марии Шуйской; жителям иных городов – Нине Дородниценой, Анне Тарасовой, Ольге Васильевой, Артему Демьяненко.


?

Log in

No account? Create an account