Виктор Котляров (viktorkotl) wrote,
Виктор Котляров
viktorkotl

ЭФФЕКТ ТУТОВОЙ СТРУЖКИ

  История, которая будет рассказана ниже, случилась в селении Коголкино (ныне Урух) Лескенского района достаточно давно, но вот что удивительно – жители этого населенного пункта рассказывают ее с такими подробностями и деталями, словно действие происходило только вчера: так врезалось в память необычность происходившего.
  Уроженец Коголкино Исхак Бамбетов, проживший  что-то около 60 лет (примерные годы его жизни 1840-1900) пользовался авторитетом у односельчан – за природную мудрость, взвешенность принимаемых решений, умение помирить ссорившихся да так, что все оставались довольны.
   Это уважение удвоилось после возвращения Исхака из хаджа (продлившегося, кстати,  около трех лет) – набожность Жиругова, его святая вера и убежденность были известны далеко за пределами Коголкино. И когда он скончался, сотни людей собрались, чтобы проводить его в мир иной. Тем более, что весьма странным и непонятным для сельчан оказалось пожелание Исхака о том, кто с ним рядом должен лежать и каким должен быть его надгробный памятник.  Велел он предать его земле в центре нового кладбища (место под него отвели совсем недалеко от дома хаджи), но с условием, чтобы с правой стороны от него был захоронен джигит, известный своей удалью. (Им оказался юноша из рода Жируговых). А с левой стороны – молодая женщина, умершая при первых родах. Такая тоже вскоре скончалась, но кто она была – в памяти коголкинцев не сохранилось.
   Что касается памятника, то Бамбетов строго-настрого приказал, чтобы он был не каменный, а деревянный, и обязательно из тутового дерева (что, как известно, обладает не только прекрасной зернистой текстурой, долговечно и устойчиво к деформации, но и легко обрабатывается)
  Последнюю волю Исхака-хаджи исполнили и долго еще гуляли по селу хабары об этом необычном завещании-пожелании. Но время властно над всем, тем более, человеческой памятью, и, возможно, в перепитиях грядущих испытаний (первая мировая война, октябрьский переворот) забылось бы имя Исхака-хаджи, если бы не следующий эпизод.
…Как-то ранним утром к дому Бамбетовых подъехали два всадника. Дело случилось весенней порой, солнце светило вовсю, но гости были в бурках и башлыках, покрытых пылью: видно, приехали  издалека. Всадники – мужчина лет пятидесяти и молодой человек (как выяснилось, отец и сын) спешились, постучали в ворота. В разгар рабочего дня в доме оказалась только одна из дочерей Исхака-хаджи  –  Часэ (имя это переводится как белоснежная ткань).
  К ней и обратился старший из приехавших с вопросом здесь ли жил Исхак-хаджи. А когда получил утвердительный ответ, рассказал следующее. Приехали они из Акбаша, а проделали столь длительный путь вот почему. Дело в том, что сын его (он показал на молодого человека, лицо которого было искривлено гримасой)  с детских лет болеет – мучают столь сильные головные боли, что не может ничего делать: только ходит с места на место и мычит от страданий.
  Обращались к знахарям, ездили к докторам в слободу Нальчик и даже в Пятигорск – никто не помог. Но позавчера сыну приснился сон о том, что он должен поехать в Коголкино, где жил Исхак-хаджи, придти на его могилу, сострагать с надгробного памятника стружку, обвести ею, дымящейся, три раза вокруг себя и тогда он поправится.  Вот и тронулись акбашцы в путь и теперь просят дочь показать, где могила ее отца.
Понятно, что Часэ не могла одна принять такое решение. Она пригласила путников в дом, позвала братьев, которым рассказала, что привело к ним гостей. Братья пошли советоваться с сельским муллой и тот разрешил провести не совсем обычную процедуру.
  Но перед этим акбашцы купили у сельчан корову, сделали поминки и в память о Исхаке-хаджи раздали мясо жертвенного животного.
  И вот на погосте собрались люди: мулла, дети Исхака, акбашцы и множество коголкинцев. Мулла сострагал с памятннка тонкую стружку, поджег ее и трижды обвел вокруг молодого человека.
  И случилось чудо: юноша, только что  пританцовывающий от боли, внезапно замер на месте, обвел всех присутствующих взглядом и, найдя в толпе отца, бросился к нему со словами: «Отец, отец, голова перестала болеть».
  Так ли это было или не так, сейчас трудно сказать, мгновенным ли было исцеление или произошло через время, не суть важно. Главное, оно случилось, о чем многие из коголкинцев сохранили память.
  Но а дальше начала посмертная слава Исхака-хаджи. Хабар о чудесном исцелении разлетелся по Коголкино, соседним селениям, всей Кабарде. Через какое-то время от  надгробного памятника осталась только узкая палка – все стремились заполучить заветную стружку, дабы избавиться от болезней. И исцелялись, самое главное.      Пришлось даже установить у могилы Исхака-хаджи специального охранника из мечети (кстати, в селе в начале прошлого века их было целых три – на 199 дворов и 1670 душ обоего пола) , после чего стругать памятник стали  только с разрешения муллы.
  Когда от деревянной мусульманской стеллы не осталось практически ничего, установили новую, также сделанную из тутового дерева. Но и она обладала целебными свойствами, и в скором времени превратилась в небольшой колышек. Вырубили и третью, которая «худела» день ото дня.
Правда, до четвертого памятника дело не дошло – уже было время большевиков, а они  подобные нетрадиционные методы избавления от хворей отнюдь не приветствовали. Кое-кто из особо настырных страждущих был арестован, исчез и  сам колышек.
  Ходили слухи, что один из коголкинцев выкопал его, передал родственнику, жившему в соседнем селении, а тот с пользой для себя распорядился целебной палкой – наделал стружек и стал ими приторговывать. А когда последние закончились, не долго думая отрубил от тутовника, росшего во дворе, большую ветку и начал прямо тут же, под деревом (говорят, неожиданно пошел дождь) обстругивать ее. Да не тут-то было – загремел гром, небо  пронзила  молния, ударившая именно в дерево, под которым находился новоиспеченный целитель.
   Последнее, право, больше смахивает на фантастику, но вот доказательством тому, что история с памятником Исхака-хаджи не выдумка, служат как рассказы урухцев, сохранившиеся в памяти внуков  участников тех событий (в частности Риммы Жируговой, услышанные ею от бабушки Часэ), так и печатные источники, имеющиеся в архиве.
  Так что же это было, встает вопрос – реальное чудо или эффект веры? Скажем прямо, большинство из нас, живущих в XXI веке, твердо убеждены, что вера в божественный промысел может вернуть здоровье неизлечимо больному человеку. Более того, сами врачи (немалое их число, если быть точными) не отрицает факт такого чудесного исцеления. Медицине известно множество подобных случаев, причем в ситуацях, когда шансов как таковых на выздоровление не было. А разве эффект плацебо, когда больному вместо лекарства дают инертное вещество, так называемую пустышку и он поправляется не свидетельствует об этом же? Причем касается это даже онкологии,  и процент выздоровших достаточно велик. Получается, что вера в излечение становится спусковым крючком,  включающим внутренние физиологические процессы, воздействующие на неизлечимый недуг. А коль так, то весьма возможно, что в скором времени будут найдены средства, позволяющие запускать механизмы самолечения и самим справляться с болезнями.
  С этой точки зрения произошедшее с молодым акбашцем, о котором мы рассказали, вполне объяснимо. Вероятно, он услышал от кого-то о хаджи Исхаке Бамбетове, во сне сведения эти трансформировались в ситуацию с подожженной стружкой, подкрепились желанием отца, отягощенного затяжной болезнью сына, поехать вместе с ним в далекое Коголкино. И уже на месте, увидев реальность существования человека, о котором он как-будто не знал, но который оказывается жил на самом деле, совершенный на кладбище ритуал запустил механизм чудесного выздоровления.
  Что касается всех остальных излечившихся, то здесь дело куда проще – перед их глазами был конкретный факт, усиленный людской молвой и базировавшийся на принципе: раз он выздоровел, то и я могу избавится от болезни. Вероятнее всего, именно так дымящаяся стружка приобрела целительные качества.
  С этих позиций в рассказанной истории все становится на свои места. За исключением того, как об этом мог знать Исхак-хаджи, умерший задолго до описываемых событий и завещавший установить на его могиле  памятник из легкостругаемого дерева. И совсем непонятно, что означало его пожелание иметь в соседях по склепу доблестного джигита и молодую роженицу. Причем, первого обязательно по правую сторону, а вторую – по левую…
 
Tags: Исцеление, Урух, щепки
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments