Виктор Котляров (viktorkotl) wrote,
Виктор Котляров
viktorkotl

НЕ ОТЗВУЧИТ ВОЛШЕБНЫЙ ЗВОН, КОЛЬ ОСТАЕТСЯ СЛОВО…

 …Очень-очень печальная весть. Умер Яропольский. Для меня – просто Юра. Для истории – Георгий Яропольский, большой русский поэт конца XX – начала XXI века. Именно так будет написано в истории литературы. Именно так и не иначе.
     А в истории поэзии уместно слово – выдающийся. Поэт, поднявшийся в своем творчестве последних лет до высочайшего уровня. Не буду уточнять, до какого именно, называя знаковые в русской поэзии имена. Теперь его фамилия не менее знакова.
     Георгий Яропольский – поэт. Но не тот, кто автоматически приписывает сие слово после фамилии в обращениях в инстанции и газетных статейках. А поэт настоящий, самобытный, приобщенный. Недооцененный. А если по большому счету – то вообще не оцененный. Хотя таких как он не просто мало в наше время, их – единицы.


     …Он обратил на себя внимание с первых опубликованных строчек в заводской многотиражке, написанных в далеких семидесятых – дерзких, резких, созвучных компьютерным технологиям, начавшим тогда завоевание мира. А еще – энциклопедическим знанием мировой культуры, тем духовным багажом, который намертво входит в плоть и кровь стиха.
    С годами талант Георгия претерпел изменения – стал ярче, утонченней, глубже, свидетельствуя, что его обладателю в поэзии доступны любые вершины.

Лучшие строчки Яропольского не просто находят отклик в сердце – они остаются в нем жить.
Навсегда.
Лично для меня такими стали семь четверостиший «Сферы дымчатого стекла» – с одной стороны, поэтическое кредо автора, с другой – осознание мгновенности нашего присутствия.
То понимание, что к большинству приходит в конце жизни, Яропольский сумел высказать, будучи молодым («Сфера….», опубликованная в 2005 году и давшая название одноименному сборнику, написана достаточно давно):

От дыхания нет следов?
Все сгорает навек дотла?
Но хранит отлетевший вздох
сфера дымчатого стекла!

Позабыт давно стеклодув.
Вздох не канет который год.
Что в нем – грусть? Перегара дух?
так, зевок? или боль невзгод?

Это дымчатое стекло
переменчиво, как вода:
то темнеет, то вновь светло.
А внутри – не идут года.

Давний день до сих пор внутри,
Миг ушедший – как в горле ком!
Ты стекло рукавом протри…
Я с таким ремеслом знаком.

Ведь когда я ищу строку,
чтоб не ведала лжи и стен,-
я надежду, любовь, тоску
Заточаю в стеклянный плен.

Из чего он, парящий шар?
Сгоряча на асфальт швырни –
лишь взовьется мгновенный пар…
И – осколки лежат одни!

Призадумайся – значит, он
весь составлен из злых заноз?
А рождает – волшебный звон!

Это раньше душой звалось.

    Потрясающее, великолепное стихотворение. Ясное, светлое, отточенное. Впрочем, в последних сборниках Яропольского все стихи такие.
    Жаль, что их не так уж много.
    Жаль, что их могло быть куда больше.
    Если бы не забота о хлебе насущном, приведшая Юру в цех переводчиков (кстати говоря, по мнению профессионалов, одного из лучших переводчиков России). И речь не столько о поэтическом восприятии классиков национальных литератур (его переложения Али Шогенцукова и Кязима Мечиева созвучны липкинским, а иные – глубже, ближе к оригиналу), как о творчестве англоязычных авторов, чьи романы зазвучали благодаря Яропольскому на великолепном русском языке.
    Если бы свой огромный талант он не растрачивал по пустякам, занимаясь зряшными переводами, бескорыстно прописывая виршеплетов в элитарном поэтическом доме.
И самое главное – если бы не извечная русская беда, которой мы привыкли стыдливо камуфлировать пристрастие, сгубившее немало поэтических гениев и чем, кстати, воспользовался не один из местных авторов, расплачиваясь столь универсальной валютой за чужие строки.
    Если бы…
    …Имя Яропольского навсегда в поэзии. Поэтическая вечность суждена многим его стихотворениям, вошедшим в сборники «Реквием по столетию», «Сфера дымчатого стекла», «Нечто большее».
    Как и уникальному стихотворному переложению «Апокалипсис святого Иоанна Богослова», поэме «Потерянный ад», выпущенных за счет нашего издательства.
    Прости, Юра, что так мало. Как говорится: все что смогли…
    …Буквально несколько дней назад – 9 ноября был проведен вечер, посвященный Георгию Яропольскому. На нем я попросил собравшихся помолиться за Юру, которого все это время сжигала страшная болезнь, попросить Всевышнего, чтобы дни его продлились. В зале, где собрались десятки людей, царило молчание; мысли всех присутствующих были о Юре.
    Тот, к кому обращались, не услышал… А может наоборот – услышал?.. Ведь жизнь людская скоротечна, а поэзия вечна.
    Прощай, Поэт. Пока мы живы, твое слово будет с нами.

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments