viktorkotl

Иная реальность

В поисках запредельного


Previous Entry Share Next Entry
viktorkotl

ТАЙНА СЕЛЕНИЯ ВАГАЦУКО ч. 6

Дом смерти
    О самом нападении на подразделение, расквартированное в Вагацуко, Билял рассказывает достаточно буднично. Все произошло поздней ночью, причем вначале не было даже перестрелки. Красноармейцы, напавшие на гарнизон, окружили селение со всех сторон, и стали методично, дом за домом, вырезать «немцев». Спящих. Зима в том году стояла суровая. «Крепкая», говорит Билял и уточняет: «Очень крепкая, на улицу выходить не хотелось». Это тоже повлияло на успех операции. Только ближе к утру стали доноситься крики, стоны; началась стрельба, послышались взрывы. Все Тарчоковы – мать и трое детей – легли за печкой. Мать – поперек, прикрыв своим телом Биляла, его брата Питу и сестру Куцу. За ними, сжавшись в комок, втиснулся «немец» Исрафиль. Вскоре, когда дом Берда Тарчокова, брата их отца, подожгли, к ним прибежали его дети – Назир, Башир, Фадир и Хамби и их мать Текулиля. Так и лежали они вдесятером, пока совсем не рассвело.


     С рассветом глазу открылась страшная картина: повсюду лежали трупы. Их было много, очень много. Тридцать-сорок только на нашей улице, утверждает Билял. Также и на другой – поперечной, которую мальчик видел. Трупы были и на двух других улицах, об этом говорили взрослые. Тела вытаскивали из домов на улицу сами жители.

    Кровь была повсюду… Женщины стали голосить. Никто из жителей не мог толком понять, как это произошло, кто это сделал. Ни одного из нападавших не удалось задержать, никто не видел этих людей – как они выглядели, во что были одеты, откуда пришли и куда ушли. Были только трупы «немцев» и суетившихся вокруг них тех, кому посчастливилось остаться в живых.
      Помнит Билял, как эти последние стали уже позже, после приезда немецких офицеров, складывать трупы штабелями. Два таких штабеля соорудили на их улице, один – на поперечной. Говорит, что в такие же штабеля сложили убитых и в нижней части селения.


      Потом трупы стали грузить на машину. Солдаты просто брали их за руки-ноги, раскачивали и закидывали в кузов. Машина отъезжала совсем недалеко – к оврагу, что около речки. Билял стоял поблизости вместе со сверстниками, видел, как убитых сбрасывали вниз. Одного за другим; осыпавшаяся земля вскоре прикрыла их.
И еще один необычный момент. Этой страшной ночью никто из местных жителей не погиб. Никто! Что невероятно при степени масштабности случившегося, времени суток, числе убитых и проживавших в Вагацуко, а также предполагаемом числе задействованных участников ликвидации. Это свидетельствует не о спонтанности операции, какой можно сделать вывод из воспоминаний Х. Х. Борсокова, а наоборот – ее тщательной подготовке, которая велась с соблюдением всех возможных мер секретности, с привлечением агентурных сведений.
      Что было дальше? Оставшиеся в живых «немцы» покинули Вагацуко через Аргудан, вдоль реки. Одновременно ушли и многие жители, побросав дома, скарб, забрав только самое необходимое и скот. «В Вагацуко нельзя оставаться, говорили все, в Вагацуко пришла смерть, Вагацуко стал домом смерти. Если мы здесь останемся, нас убьют».


     Последними из селения ушла семья Биляла. Они так спешили, что мальчик оказался в одном носке. Разместились Тарчоковы вначале у родственников в Псыгансу, затем, когда их попросили, у других, потом построили свой дом.
     После рассказа очевидца картина боя в Вагацуко стала зримой и конкретной. Оставалось для подстраховки поговорить еще с одним старожилом – Владимиром Темиржановым, 1934 года рождения, который вместе с родителями жил в нижней части селения. Владимир Хасанбиевич – человек в республике известный: депутат Государственной думы РФ второго созыва (1995–1999), член фракции КПРФ. Он, хоть и было ему на тот момент только восемь лет, запомнил многое. Как в их доме – лучшей комнате – жили четверо немецких солдат.     Азербайджанцев, уточняет – поэтому, кстати, долгое время был уверен, что Азербайджан – немецкая территория. Азербайджанцы были большими любителями мамалыги, а каша из кукурузной муки – чуть ли не национальное блюдо кабардинцев. Но от этого отношение к ним односельчан не становилось лучше: постоян-но эти вояки воровали кур и индюков. Правда, коров и баранов не трогали.


       То утро Владимиру запомнилось. И вот почему. Когда он вышел на улицу, увидел, что повсюду лежат трупы . Повсюду. Много. Около одного он простоял достаточно долго – «немец» лежал широко раскинув руки, на правой тикали часы. По тем временам большая редкость. Понятно, желание мальчугана иметь такую великую невидаль, не всякий бы взрослый удержался от соблазна, но первые наручные часы Владимир приобрел спустя много лет.
Запомнил он и то, как догорали немецкие машины, одна из них рядом с двором дяди…
      Для полной полноты картины зимней ночи с 26 на 27 декабря нам оставалось только побывать в Вагацуко…

                                                                                                                                    Продолжение может последовать


?

Log in

No account? Create an account