Виктор Котляров (viktorkotl) wrote,
Виктор Котляров
viktorkotl

ДО ВСТРЕЧИ, ГОСПОДА ХРАНИТЕЛИ!

    Эта история, читатели моей страницы, разворачивается прямо у вас на глазах, прямо сейчас; и в ней все правда, ничего кроме правды, одна правда.
Я ничего не скрываю и ничего не выдумываю.
      Фотографии с места действия; если присмотритесь к одной из них, то увидите и барсучий след, о котором идет речь ниже.
     Так что оцените мои искренность и откровенность.

    ...Если честно, вначале я подумал, что рассказанная мной когда-то история ко мне же и вернулась. Уж очень много деталей совпадало.
      Вот что я услышал. Старик-балкарец провалился в проделанную барсуком большую нору, которая привела его в просторное помещение. А в нем он увидел большой медный котел, сидящих по обе стороны от него двух человек, еще одного человека, то есть мумию, чуть поодаль (также в сидящем положении, с раскрытой книгой в руках). Еще в пещере, которая показалась ему созданной человеческими руками,– столь ровными были ее стены, он увидел множество других книг. Когда же он взял в руки одну из них, внутренний голос сказал ему: «Ничего не бери, иначе будет беда».


   

    И он ничего не забрал, пришел домой с мыслью на следующий день вернуться к пещере с мешками. Но утром его остановила жена. Она рассказала ему приснившейся ей сон: про пещеру и где она расположена, про людей, находившихся в ней, про котел и книги. А самое главное: про то, что случится после того, как будет нарушен покой мертвых.

   

Под впечатлением от сказанного женой, старик вернулся обратно, завалил нору находившимся поблизости камнем и никому никогда не говорил о том, чему свидетелем он стал. И лишь перед смертью поведал одному из родственников эту странную и невероятную историю. Рассказал, где находится пещера, дал ориентиры. Основной: барсучья тропа, идущая от вершины горы к реке, и возвращающаяся к тому же месту, но уже понизу, а дальше наискосок (спуск настолько отвесен, что по нему подняться затруднительно).
     И прошло немало лет, пока эту историю не передал мне тот самый родственник.
     Которому я не поверил по причине, что назвал выше: совпадение с рассказанным когда-то мною же было столь велико, что свидетельствовало лишь об одном: мое творчество стало народным, превратившись в фольклорный хабар. Это льстило, но и только. Впрочем, судите сами.



      Вкратце перескажу историю, произошедшую почти 250 лет назад в Верхнем Чегеме, нынешнем Эль-Тюбю и изложенную мной в материале «Чегемские мумии» (книга «Таинственная Кабардино-Балкария», 2011).
В «Осетинских делах» Архива внешней политики России хранится рапорт за номером 26, отправленный Николаем Потаповым 3 апреля 1767 года в Святейший Правительствующий синод. Имеющийся на нем гриф «По секрету», которым предварялись документы государственной важности, свидетельствует сам за себя. Вот что в нем говорится: Один из жителей Чегемского ущелья (чегемцев) в трех верстах от места выпаса баранов нашел яму, а в ней двери. Войдя в них, он увидел сидящего престарелого мужа и девицу. Перед стариком лежала книга, которую он читал, а перед девицей – золотой таз, а в нем – золотое колечко, и сверх того множество золотых и серебряных вещей. Об этом он рассказал своим шестерым товарищам, и они к тем людям ходили и все золото и серебро, которое там было, забрали. А когда стали брать золотое кольцо, то девица будто сказала им, чтобы они оного не делали, ибо придет им через это гибель. Однако пастухи не послушались, забрали сокровища и отнесли в свою деревню. После чего по всей деревне в три ночи слышен был голос, вещавший, чтобы те, кто оное сокровище взял, принесли его обратно, иначе всем жителям будет беда. Чегемы сокровища в ту ямину отнесли, но оных людей уже не увидели.



      А на четвертую ночь все пастухи и члены их семей умерли, после чего и другие жители деревни умирать начали. Почему мной в Большую Кабарду был послан с Особой комиссией ротмистр Киреев с предписанием разведать, отчего у чегемских жителей необычная смерть приключилась.
      Киреев в своем рапорте сообщил, что владелец Касай Атажукин и чегемский житель Барак Бештов поведали ему, что зараза была у них в осеннее время по причине того, что чегемские пастухи пасли в горах овец, один из них нечаянно оступился и провалился под землю, где усмотрел выкладную каменную хоромину. Когда он зашел в нее, то увидел множество казны, несколько крестов золотых и серебряных и два лежащих нетленных тела: мужское в монашеском одеянии и женское, по-видимому, девичье. Пастух рассказал об этом своим товарищам, которые сходили в то место, немало казны и прочих вещей взяли, а напоследок, когда стали с руки девичьей снимать перстень, то услышали необычайный голос, запрещающий им брать сокровища. Однако они не послушались его, взяли, что им надобно было, принесли в свои дома, после чего вскорости один за другим все до последнего с женами и детьми умерли, а всего через два месяца двадцать душ преставились. Чего убоялись прочие жители, взятые вещи в ту же палату вернули, по своему закону чинили богомолие, зараза в ту же осень утихла, и ныне обстоит благополучно. Но так как это вторичное подтверждение заслуживает еще большего внимания, мною господину полковнику Копытовскому велено дьячка при Осетинской комиссии, Петра Давыдова, бывавшего в тех местах, под каким-нибудь видом послать в чегемские жилища осмотреть то место, где тела были найдены, разведать и, не касаясь ни до чего, возвратиться».
     Далее в рапорте Николая Потапова содержится просьба срочно прислать ему в помощь опытного миссионера – грузинского игумена Григория, который в Осетинской духовной комиссии занимался обучением грамоте детей осетинских и киштинских (ингушских) старшин, но в настоящее время находится в Москве «для принесения святым мощам должного поклонения». Но если отлучка игумена Григория продлится долго, сетует кизлярский комендант, то возложенная « на него Императорским Величеством из Государственной коллегии иностранных дел указом секретная работа остановиться может». Николай Потапов просит Святейший Правительствующий синод учесть «вышеописанные обстоятельства» и игумена Григория «безудержно из Москвы отправить сюда» .
Москва отреагировала оперативно. Уже в мае был издан Указ Ее Императорского Величества самодержицы Всероссийской из Святейшего Правительствующего синода Коллегии иностранных дел, опубликованный в цитируемом нами сборнике за № 28. Датирован он 25 мая и подписан обер-секретарем Михайло Остолоповым и канцеляристом Алексеем Древским. В преамбуле раскрывается суть рапорта коменданта Потапова и содержащихся в нем представлений полковника Копытовского и ротмистра Шейдякова, а также просьба отправить в Кизляр «искуснейшего и совершенно сведущего в тамошних делах» игумена Григория.



      Сообщается, что Григорий 20 мая был вызван в канцелярию Святейшего синода, где ему было предложено выехать на Кавказ, чтобы разобраться с «найденными в землянке человеческими нетленными телами». Имеется в документе и постановляющая часть: «С оного присланного Святейшему синоду от генерал-майора господина Потапова рапорта снять точную копию и для рассмотрения послать оную в Коллегию иностранных дел».
Далее с помощью кабардинского князя Нитча и чегемских старшин А. Тузову удалось подняться на ту гору, где он увидел сундук сос¬новый и ему «показывали восемь книг, писанных краской и чернилами на пергаменте и на бумаге, величиной в десть, в полдесть и в четверть. Тут же, вынув из сундука, показывали дьяконский оларь кутняной ветхий. И из того сундука книги вынимали, сняв шапки, с великим благоговением и страхом. И, кроме христиан, к тем книгам никого, а паче мухамедан, отнюдь не допускают».
      Что произошло в дальнейшем, мне выяснить не удалось. Хотя моя двоюродная сестра Тамара Попова (ныне, к сожалению, покойная), проживавшая в Санкт-Петербурге, просмотрела великое множество до¬кументов. В том числе пятитомное «Полное собрание постановлений и распоряжений по ведомству православного исповедания Российской империи. Царствование государыни императрицы Екатерины Второй», «Книгу имен¬ных высочайших указов синоду 1767 г.», «Полное собрание законов Российской империи с 1649 г.», целый ряд других изданий.
     Судьба верхнечегемских реликвий так и осталась неизвестной.
Но в нашем случае речь не о них, а о том, что мне рассказали практически идентичную историю, только произошедшую совсем недавно. Совпали практически все детали: пещера, названная в первом случае храминой, сидящие в ней люди, они же мумии, раскрытые книги, которые были в руках хранителей. В нашем случае появился, правда, большой котел (но и такая история мной была некогда описана), а эпизод с предупреждением трансформировался из голоса в пророческий сон, да и герой, соприкоснувшийся с необъяснимым явлением, остался жив.
     Одним словом, получалось я стал свидетелем своеобразной трансформации: от реального к нереальному, но возможному. Правда, было и несколько смущающих моментов. Рассказывал конкретный человек, указывались конкретные ориентиры и самое главное, от всего поведанного никто ничего не выигрывал. Как в материальном плане, так и в моральном.
    Одним словом, я решил съездить на рекогносцировку.
Место это называется Хабаз, что в Зольском районе. Я уже писал, что здесь имеется удивительный христианский памятник, который до нынешнего времени никем толком не описан и не изучен. Имею в виду гигантский каменный крест, расположенный сразу за выездом из селения.
    …Внушительного вида скала выпирает из гребня, ее три стороны (длиной чуть более трех метров) представляют равноконечный крест. Левая сторона сохранилась практически в первоначальном виде, верхняя – частично повреждена: осыпалась; правая сторона представляет заостренный обрубок, части которого лежат на склоне.
Если смотреть с высоты близлежащей вершины, находящейся не над крестом, а как бы сбоку от него, это не так заметно: перспектива смазывает размеры каменного артефакта. Но если взглянуть с высоты птичьего полета – нам посчастливилось пролететь над крестом на вертолете, – то взору открывается величественное зрелище. Ведь даже сейчас, спустя более как минимум семь-шесть столетий после проведения здесь гигантских по своему объему каменотесных работ, крест сохранил свою первоначальную форму.
Но. возможно, крест не вытесан из цельной скалы, а возведен (по крайней мере одна из его сторон) из положенных друг на друга плоских камней, между которыми явственно видны следы какого-то скрепляющего материала. И в первом и во втором случае труд мастеров, соорудивших столь величественный христианский символ, поражает воображение.
     Сомнений в том, что перед нами искусственное сооружение, не возникает ни на мгновение. Дело в том, что к кресту от подножия горы ведет четко просматриваемая сверху дорога – она как винтовая лестница огибает его и подводит к самому основанию святыни – удлиненному за счет лежащего под ним пригорка. Более того, с левой стороны креста имеются выбитые в каменном основании ступеньки, также позволяющие подняться на него, – весьма возможно, что они предназначались для священника. Здесь однозначно проводились богослужения – приобщение местных жителей к таинствам христанства.
Внешняя поверхность креста тщательно обработана – она выровнена, но при этом верхняя часть выше нижней и создается впечатление, что она как бы зовет к полету, вознесению. Это еще больше подчеркивает многометровый обрыв, открывающийся перед теми, кто рискует подойти к краю креста. Но вот что удивительно: чувство опасности как таковой в этом месте отсутствует напрочь; наоборот – ощущаешь какое-то внутреннее спокойствие, умиротворение, желание задержаться, побыть наедине. Невольно вспоминаешь, какой внутренней силой обладают подобного рода пространства, связанные с религиозным почитанием, их так и называют – намоленное место.
Но вернемся к нашей сегодняшней поездке. Ранним утром мы выдвинулись в Хабаз. По дороге к нам присоединился Исуф, тот самый, что слышал от старика историю о пещере в верховьях Хабаза.
     Спустя несколько часов оказались на месте. Удивительно, но столь ненадежный ориентир, как тропа, проделанная барсуком, был найден нами практически сразу. Она действительно спускается с вершины горы к ее подножию, где протекает река, далее уходит вправо и затем поднимается снова вверх. Чтобы понять, где искать дальше, надо перебраться на другую сторону, а это не так легко, вернее, не так быстро. Куда проще добраться к интересующему нас объекту с другой стороны, но для этого надо объехать гору, а это километров пятьдесят, не меньше.

      



      Было желание проделать эти километры прямо сегодня, но тут воспротивилась погода. Туман полз снизу, медленно поднимаясь и скрывая в белесом мареве все окружающее. Вот он добрался и до нас, скрыв даже машину, находящуюся в каких-то пяти-семи метрах. Невольно подумалось: может туман – это тоже своего рода предупреждение? Нам…
     Резко похолодало, колко заморосило и стало ясно: сегодня никак не попасть к началу барсучьей тропы. А значит, надо спускаться вниз.
    «Но мы же сюда вернемся?» – спросил я Исуфа. «Конечно»,– прозвучал ответ.
Вернуться решили уже в четверг-пятницу. Желание есть, лишь бы погода не подвела. А вдруг верхнечегемская быль, случившаяся в 1767 году, найдет свое хабазское продолжение в 2015-м? И приоткроется дверь в прошлое, и раскроет свои страницы книга истории, и ирреальный мир обретет реальность.
А что касается заклятий и предупреждений, то, господа хранители, (не уверен, что обращение товарищи будет приятно мумиям) мы ведь идем с добрыми намерениями: трогать ничего не будем, забирать – тем более, только посмотрим. И сфотографируем. Так что до встречи!

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments