Виктор Котляров (viktorkotl) wrote,
Виктор Котляров
viktorkotl

Category:

ТАЙНА «НЕМЕЦКОГО АЭРОДРОМА» - СЕНСАЦИОННОЕ ПРОДОЛЖЕНИЕ

    КАКИМ ОБРАЗОМ С ПЛАТО ПОД ЭЛЬБРУСОМ СВЯЗАН АГЕНТ АБВЕРА ПО КЛИЧКЕ "КНЯЗЕВ", ОН ЖЕ УРОЖЕНЕЦ АУЛА НАРТАН КАБАРДИНЕЦ АНАТОЛИЙ КУНИЖЕВ...

    Сейчас вы первыми прочитаете документ, который я еще нигде не обнародовал, который вызывает много вопросов, но не дает на них ответов. Итак, в Москве, в 1952 году вышел под грифом "Для служебного пользования" "Сборник справочных материалов об органах германской разведки, действовавших против СССР в период Великой Отечественной войны 1941-1945 годов". В 70-х годах прошлого века согласно внутреннему распоряжению по КГБ сборник этот был уничтожен во всех местных отделениях и если и остался где, то находится под семью печатями.
      Так вот в этом сборнике есть сведения о абвергруппе 103, которая с августа 1942 г. по январь 1943 г. дислоцировалась в станице Николаевской (6 км от Пятигорска). В составе этой абвергруппы числился Кунижев Анатолий Татович, о котором приводятся такие сведения: "Кличка "Князев", вербовал и забрасывал агентуру до мая 1943 года. Белоэмигрант, 1895 г. рождения, уроженец аула Нартан, Нальчикского района Кабардинской АССР". И далее: "Арестован на Урале ОКР "Смерш".
      Когда вы прочитаете изложенное ниже, у вас невольно возникнут вопросы. Попытаемся ответить на них вместе.

1526657_1547522065496248_1338002972541340578_n


      ...Много лет назад, собирая материал о плато в Северном Приэльбрусье, получившем в народе название «немецкий аэродром», я услышал историю, которую не воспринял всерьез и не решился обнародовать ввиду преобладающего в ней фольклорного элемента. Старик-пастух, чье имя я даже не удосужился записать по причине его навязчивой говорливости, вызванной чрезмерным возлиянием горячительного напитка, известного как водка, все пытался вступить в нашу беседу со старожилами чабанского фронта о немецких самолетах «фокке-вульф», приземлявшихся в начале осени 1942 года у подножия Эльбруса. И был, мол, он там в это время, и самолет видел, и даже с пассажиром разговаривал.
 

  «На каком языке?» – последовал чей-то ехидный вопрос, а когда прозвучало: «На нашем», то бишь, уточним, кабардинском, раздался такой смех, что бедный пастух мгновенно протрезвел, полностью перешел на родной язык и стал что-то быстро говорить, отчаянно при этом жестикулируя. Но его дальнейшие слова тонули в беспрерывном хохоте собравшихся в тот вечер у костра. Еще бы, старик рассказывал, что немецкий офицер, прилетевший в качестве пассажира, оказался ко всему прочему умелым наездником: на взятой у пастухов лошади проделывал такие чудеса джигитовки, что все вокруг только ахали.
      Подумалось: «Вот сила воображения: не так ли родилась легенда о самом «немецком аэродроме»?»
И забылось, ушло из памяти, пока в издательстве не раздался звонок доктора физико-математических наук, профессора кафедры теоретической физики КБГУ Бориса Иналовича Кунижева. Он нашел меня после публикации «Что искали гитлеровцы в горах Кабардино-Балкарии?», дабы сообщить, что его дядя Анатолий Татуевич Кунижев был в том самом «фокке-вульфе», приземлявшемся в 1942 году в Северном Приэльбрусье.
      «Это как?» – оставалось только вымолвить нам и пригласить Бориса Иналовича на разговор. Здесь мы и услышали историю о том самом наезднике, беседовавшем с чабанами на кабардинском языке. Оказывается, дядя, когда он еще был жив, рассказывал племяннику о том, что, будучи на службе у немцев, он неоднократно летал над Кабардино-Балкарией на самолете в качестве пассажира, садился и на «немецком аэродроме». Более того, будучи весьма умелым наездником, как-то, увидев у чабанов, пасших стадо неподалеку, отличного по стати коня, не удержался, вскочил на него, принялся показывать чудеса когда-то весьма знакомой ему джигитовки. Но годы взяли свое: все-таки ему было уже сорок четыре – не удержался, упал, повредил ногу…
Впрочем, расскажем все то, что мы узнали.
      Анатолий (в некоторых документах двадцатых годов Таля, Толя) Татуевич Кунижев родился в 1898 году в селении Нартан. Был вторым из пяти сыновей (по годам рождения – Мажид, Инал, Асте-мир, Аубекир) Тату Кунижева, занимавшегося разведением кабардинской породы лошадей. (Вот откуда берет начало его мастерство наездника, поразившее пастухов на «немецком аэродроме»).
      Юность Анатолия пришлась на переломное время – революция, Гражданская война, эмиграция… Имеются не до конца проверенные сведения, что он служил в отряде Даутокова-Серебрякова. Эмигрировал в Турцию.
Впрочем, что его ожидало, если бы он остался в Советской Рос-сии? С полной уверенностью можно сказать: те же репрессии, которым подверглись его братья. Так, старший Мажид, 1891 г. р., был арестован 28 октября 1937 года, обвинен в том, что высказывал враждебность к существующему государственному строю. Причем, что показательно, обвинения касались событий далеких лет: участия в Кубанском походе (было два похода Добровольческой армии на Кубань) в годы Гражданской войны, в Баксанском контрреволюционном восстании 1928 года и подготовке в 1931 году вооруженного восстания в селении Нартан.

10888406_1547521985496256_8609069676639601503_n



      Судьба Мажида оказалась предопределена: 19 ноября тройкой НКВД КБАССР он был приговорен к расстрелу, а уже на следующий день приговор привели в исполнение. Спустя чуть более полувека, 25 июля 1989 года, М. Т. Кунижев был реабилитирован.
      Другой брат – Инал, отец нашего гостя, арестовывался дважды: первый раз 10 декабря 1931 года, а 22 мая следующего тройка при ПП ОГПУ СКК и ДАССР (эта аббревиатура расшифровывается так: Полномочное представительство Объединенного государственного политического управления по Северо-Кавказскому краю и Дагестанской АССР) приговорила его к одному году лишения свободы. А второй раз – 28 октября 1937 года (в один день со старшим бра-том Мажидом) – с предъявлением обвинения в проведении контр-революционной агитации, направленной на развал колхозов и против существующего советского строя. Через месяц, 26 ноября, Инал был приговорен все той же зловещей тройкой, тысячами штампующей обвинительные приговоры, к заключению в ИТЛ (исправительно-трудовой лагерь) сроком на восемь лет. Отсидел. Был реабилитирован: по второму обвинению 22 марта 1971 года, по первому – 15 июня 1989 года.
     Эти данные из обвинительных заключений братьев Кунижевых. Кстати говоря, в одном из них, мажидовском, есть упоминание и об Анатолии: «Имел брата Таля, активного белогвардейца, находящегося в эмиграции в чине офицера».
     Так как тема, которой мы коснемся ниже, не совсем патриотичная, а, скажем прямо, достаточно скользкая и до недавнего времени совершенно непечатная, отвлечемся от эмоций и приведем из биографии Анатолия Кунижева только факты – известные, опять же повторимся, со слов родственников, так как архивы службы безопасности нам не доступны.
     Итак, в двадцатых годах прошлого века А. Т. Кунижев эмигрировал в Турцию; в 1926 году он уже в Англии (там, по его словам, «учил одного англичанина кабардинскому, а тот его –английскому»), спустя какое-то время переезжает в Грецию, где женится на гречанке; в 1929 году у него рождается сын Георга. Супруга была из богатой семьи, и Анатолий в средствах не нуждался – больше учился, чем работал: получил высшее техническое образование. Весной 1941 года, когда немецкие войска заняли Афины, оккупировав Грецию, заявил родным, что «вступает в немецкую армию, дабы отвоевать у большевиков родину».
     Известен и такой факт из его военной биографии. В книге Хабаса Бекулова «Аул князей Мисостовых и узденя Тогланова», рассказывающей об истории селения Урвань, приведен рассказ Хачима Мастафова, побывавшего в немецком плену. Вот фрагмент из его полевого дневника: «Находясь в деревне Кутелик (Днепропетровская область Украины), я узнал от хозяина, что у них остановилась немецкая часть, следующая на Кавказ, и среди них есть какой-то нацмен. Узнав, что среди нацменов есть кабардинец, я явился к нему. Им оказался Анатолий Владимирович (так в тексте) Кунижев, эмигрант из России. Он был из соседнего сел. Нартан, что в 5 километрах от моего сел. Урвань. Часть следовала в Моздок. Из Моздо-ка в ноябре 1942 г. я отпросился домой к себе в селение…» (Нальчик. 2008. С. 454).
     Кем Анатолий служил у немцев на Кавказе, не совсем понятно: звание имел обер-лейтенанта (то есть старшего лейтенанта), более того, находился при достаточно высокой должности, так как ему было поручено контролировать бомбометание на территории Кабардино-Балкарии. Родственники рассказывают, как он заявлял, что в его силах было в прямом смысле разровнять всю республику (дословные его слова: «Яйца можно было бы катать»), что всего лишь одна бомба упала без его ведома. Что летал он над Кабардино-Балкарией, патрулируя и следя за порядком, множество раз, приземлялся осенью 1942 года на плато под самым Эльбрусом, где, решив покрасоваться перед земляками, джигитовал на необъезженном коне и повредил ногу.



                                                                       ПРОДОЛЖЕНИЕ, ЕСЛИ ОНО КОМУ ИНТЕРЕСНО, АВТОР ГАРАНТИРУЕТ

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments