viktorkotl

Иная реальность

В поисках запредельного


Previous Entry Share Next Entry
viktorkotl

БИТВА РУССКИХ С КАБАРДИНЦАМИ ч.1

   …Было ли в истории Кабарды такое событие, как битва русских с кабардинцами? Удивительное дело: сегодняшний обыватель почти на сто процентов уверен, что такая битва была, но вот когда именно – ответить затрудняется, хотя, не сомневаясь, относит ее к периоду Кавказской войны. Что в принципе верно, правда, с одним лишь уточнением – олицетворением грандиозного сражения (а как еще иначе можно оценить военное столкновение двух народов?) стало название прозаического произведения, не имеющего, по большому счету, никакого отношения к литературе, как таковой. Не случайно выражение это, спровоцированное  отнюдь не самим событием (коего, повторимся, не было), а литературными недостатками повести (« в высшей степени примитивной и поверхностной» ), стало крылатым, употребляемым, « когда насмешливо говорится о ссоре, шуме и прочем».

   Впрочем, хорошо изрекать « умные»  мысли, обогатившись предыдущими поисками и познаниями человечества, тем более глядя в прошлое из века сегодняшнего. Феномен повести « Битва русских с кабардинцами» , имеющей второй заголовок – « Прекрасная магометанка, умирающая на гробе своего мужа» , достоин внимания и изучения. Достаточно сказать, что « выйдя в свет в 1840 году, она выдержала в дореволюционной России сорок переизданий!» . Не правда ли, достойный соперник трудам Пушкина и Лермонтова!

10423964_845633682131715_7901584636928349577_n

 Но процитированное выше утверждение пятигорчанина Николая Маркелова, автора недавно вышедшей, прекрасно иллюстрированной и в высшей степени интересной книги « Кавказ в лицах» , не соответствует истине – повесть « Битва русских с кабардинцами»  переиздавалась значительно чаще. Только во втором томе « Библиографии Кабардино-Балкарии, Карачаево-Черкесии и Адыгеи с древнейших времен по 1917 год» , составленной великим подвижником сей науки Рашадом Тугановым,– томе, который прошел через редакторские руки авторов этих строк, имеется упоминание о 57 изданиях. Более того, Рашад Умарович говорил, что еще около двадцати изданий (это число выводилось из указаний, имевшихся в выходных данных) им так и не было найдено, а следовательно, и не введено в библиографический оборот.

   Что же это за сочинение, которое начиная с 1840 года выходило на протяжении 77 лет практически ежегодно и оставалось в поле читательского интереса именно в те годы, когда великая русская литература завоевывала культурное мировое пространство? Произведение, само название которого (особенно вторая часть) вызывало снисходительную усмешку Белинского, Писарева, Достоевского… Что уж говорить о стиле, слоге, прямой речи и чувствах героев повести, поданных посредством незатейливых драматургических ремарок... Практически вся суть его, если не сказать больше – содержание, передано в заглавии: « Битва русских с кабардинцами, или Прекрасная магометанка, умирающая на гробе своего мужа» . Но если первая часть названия повести оставалась все годы неизменной (лишь в 1873 году в ней выпало слово « русских» ), то вторая варьировалась. Прекрасная магометанка в 1876 году называлась мусульманкой, что, понятно, одно и то же, но ближе современному восприятию. Она обретала имя: то Селима – как в самой повести, с сопутствующим уточнением « княжна кабардинская»  (1873), то « Земира, умирающая на могиле своего друга»  (1854), а один раз и фамилию – в 1897 году вторая часть названия повести звучала уже так: « Рассказ о храбром русском офицере Андрее Победоносцеве и прекрасной кабардинской княжне Селиме Узбек».

books

   Но вот что осталось неизменным во всех переизданиях – эпитет « прекрасная» . И действительно, как еще по-другому можно оценить « существо горного (в смысле небесного) мира» , которое « с величественной осанкою входит в кибитку в черной одежде, подпоясанной золотым с каменьями поясом, обнимавшем ее стройную, гибкую и тонкую талию» . Тем более если прочитать далее: « Грудь ее закрывала сетка из червонцев, шею украшало бриллиантовое ожерелье, а голову – зеленая бархатная шапочка, унизанная крупными перлами с бриллиантовой же пряжечкой, коею было приколото с левой стороны белое страусовое перо, загнувшееся через верх шапочки на правую сторону. Маленькие ее ноги обуты в сафьяновые алые сапожки, вышитые золотом. Белый флер с левого плеча наискось был бантом завязан с правой  стороны груди» .

   Конечно, Селимы, как таковой, здесь маловато, зато какой антураж! Явно автор списывал портрет не с кабардинской княжны, а с более близкой и реальной ему натуры, вероятнее всего, царствующих кровей. Особенно умиляет страусовое перо, непонятно какими ветрами залетевшее в наши края (напомним, битва происходит на реке Тереке).

ed6f484108e9


   Под стать прекрасной героине и есаул Гребенского казачьего полка Андрей Победоносцев, многократно раненный в бою и по причине истощения богатырских сил захваченный в плен: « Темно-русые кудри осеняли гордое чело его с тонкими бровями; густые сомкнутые ресницы доказывали, что они скрывают прекрасные глаза. Белое лицо, покрытое смертной бледностью, оттенялось самым слабым румянцем на ланитах его… Широкие плечи, высокая грудь, тонкая талия и рост высокий представили ей Победоносцева богом брани или существом другого мира» .
   « Ей»  – это, естественно, Селиме. И уже понятно, что между героями возникнет любовь, которой по силам окажется преодолеть национальные и религиозные границы…
Впрочем, нет особой нужды пересказывать более подробно незамысловатый сюжет, в котором тесно переплелись благородство кабардинского князя Узбека (чье имя навеяно автору отнюдь не кавказскими реалиями), сохранившего противнику жизнь и даже согласного, если тот примет мусульманство, вручить ему судьбу своей дочери…
Расставание Андрея с Селимой, вызванное обменом пленных, и их новая встреча, последовавшая после того, как (не отсюда ли позаимствован сюжетный ход создателями « Гусарской баллады» ?) княжна, переодевшись в « вооруженного воина в блестящих доспехах» , находит своего возлюбленного…
Превращение Селимы в амазонку и ее обращение в православную веру с новым именем София, покровительство главнокомандующего Кавказским корпусом…
   И самое главное – благословение отцом выбора дочери. Так сказать, хеппи-энд, под который автор повести подводит весьма аргументированную базу: « Князь Узбек очень хорошо знал европейскую политику, ибо в юности своей путешествовал как по России, так и по другим соседствующим с оною иностранным городам, и научился вежливости и милосердию у сих народов, что и осталось в нем и поныне» .
Обмен любезностями, то бишь подарками, когда князь дарит главнокомандующему коня « неимоверной красоты»  да плюс к этому « два пистолета и кинжал, оправленные золотом и драгоценными каменьями» , а тот в свою очередь – « золотые карманные часы, осыпанные бриллиантами, с такою же цепочкой через плечо и с прекрасной печатью своей фамилии с гербом…»

images

   И наконец, уместившиеся буквально на нескольких страницах: поездка к родителям Победоносцева, рождение сына, пять месяцев спокойствия и счастья, обострение болезни Андрея, вызванной открывшимися ранами, и смерть его в возрасте 23 лет. А через день и смерть Софии, которая просто упала на гроб супруга, и « прекрасная душа ее вместе с тихим вздохом вознеслась на небо» .
   И коль вам на глаза не навернулись слезы, когда вы прочитали эти строки, то вы не « имеете небесных чувств сострадания» , заключает автор, предлагая « лучше, не читая моей повести, бросить ее в огонь» .

   Теперь вам понятно негодование Белинского и Достоевского, оценивающих « Битву русских с кабардинцами»  с позиций своего интеллекта и не относящих лубок к литературе, как таковой. Но в энциклопедии она гордо именуется именно так: лубочная литература.
   Название « лубок»  берет от слова « луба»  – деревянная доска, с которой в XVI–XVII веках печатались тексты указов, всевозможные картинки на различные темы, развешиваемые в общественных местах. Когда картинки стали сопровождать пояснительным текстом, появились лубочные книжки. Впоследствии текст потеснил картинки (они остались только на обложке), и началось победное шествие лубочных книг – знаменитые сказания о Бове Королевиче и Илье Муромце, английском милорде и рыцаре Гаусе вышли в общей сложности тиражами в сотни тысяч экземпляров.

d0b1d0bed0b9-d180d183d181d181d0bad0b8d185-d181-d0bad0b0d0b2d0bad0b0d0b7d186d0b0d0bcd0b8

   Вот и стало ясно, когда именно на российских просторах началось победное шествие той самой бульварной литературы, властвующей сегодня на книжном рынке, на котором востребованы книги, « рассчитанные на примитивные литературные вкусы» , в сюжеты которых « в целях занимательности»  введены « элементы авантюрности, а общий тон повествования сентиментален, язык слащав и фальшив» . Вы думаете, это о современных женских романах и их авторах, дамочках, имя которым легион? Ошибаетесь, это как раз о лубочных книгах. Вот, оказывается, как далеко мы ушли за прошедшие несколько веков.

   …Около десяти лет назад некое провинциальное издательство переиздало роман одной из « раскрученных»  авториц, но из-за оплошности художника (« Все они на одно лицо» , – оправдывался он впоследствии) поставило другую фамилию, не менее популярной и плодовитой « ваятельницы» . И что же? Ожидали колоссального скандала, шума в прессе, издевок и реплик. Но ничего не было. Никто ничего не заметил. Даже авторы (настоящий и мнимый), благо издание было контрафактное.
   Историю эту мы вспомнили еще и вот почему. Книга « Битва русских с кабардинцами…»  была столь популярна, что находились литературные авантюристы, желавшие примазаться к славе ее написателя – Николая Зряхова. В частности, в 1882 году автором значится имярек по фамилии Молчанов (именно так, без всяких инициалов); в 1885 году создатель скрылся за инициалами « С. В.» ; в 1899, 1901, 1905-м подписант напускает еще большей таинственности: теперь он – « К-р О. М.» .
   В издательстве Е. Коноваловой, выпустившей несколько изданий « Битвы…»  (нам известно о шести, вышедших в 1876, 1887, 1899, 1900, 1906, 1913 годах), бремя авторства принял на себя некто М. П. Миронов. Правда, при этом упоминается, что издание « переделано с изменениями и дополнениями солдатских песен» . Сравнив зряховское « классическое»  и мироновское « переделанное» , следов переделки мы не обнаружили – один примитивнейший плагиат.

    Но интереснее другое – подавляющее большинство « Битв…»  выходило вообще без имени автора. Сам Зряхов как создатель нетленного лубка упоминается в заголовке лишь несколько раз. Вот до чего несправедлива бывает порой история. А ведь имя Николая Ильича Зряхова, чьи годы жизни даже точно неизвестны (по одним данным, родился он в 1782 году, по другим – четырьмя годами позже, а умер так вообще неясно когда, хотя и принято считать, что в конце 1840-х), затмевало – как ни крамольно это звучит – пушкинское. Известно, что появился он на свет в дворянской семье, детские годы провел в Астрахани, служил унтер-офицером в драгунском полку, воевал на Кавказе – участвовал в Русско-турецкой войне).
окончание следует

?

Log in

No account? Create an account