viktorkotl

Иная реальность

В поисках запредельного


Previous Entry Share Next Entry
viktorkotl

«ПО СКАЛАМ НАДО ХОДИТЬ НЕ РУКАМИ, А ГОЛОВОЙ»

Окончание материала

  28 июля 1937 г. прямо в альплагере «Адыл-су» (спортобщество "Локомотив") арестовали 12 инструкторов. Четверых из них - В. Абалакова, Ф. Кропфа, Г. Деберля и А. Раделя - впоследствии отпустили.
    Но спустя короткое время Г. Деберля вновь арестовывают.

  Начинается адский круг испытаний и мучений, из которого он не должен был выйти живым. Его везут в Москву, сажают в Бутырскую тюрьму, где на протяжении трех лет подвергают систематическим пыткам и издевательствам. Тем не менее сломить мужественного спортсмена не удается: никого из своих товарищей он не оболгал и не предал.



    И тогда в 1940 году руководством НКВД принимается поистине иезуитское решение: вернуть Деберля на родину, передать его властям но не Австрии, а фашистской Германии, с которой в это время СССР установил дружеские отношения, касающиеся в том числе и взаимной передачи преступников. Только мужественное поведение Густава и категорический протест позволяют ему избежать экстрадиции.
    Но не пятилетнего срока колымских лагерей, который впоследствии был продлен до конца войны, то есть, еще на столько же. Здесь, работая на лесопилке, Деберль получил тяжелейшее увечье: ему по локоть оторвало левую руку. Трагедия произошла не из-за оплошности, не по вине Густава – он кинулся на помощь товарищу, русскому механику, попавшего под пилу.

 

Освобожден был альпинист только в конце 1947 года и поехал, естественно, туда, где и работал до лагерей – в Нальчик, на Кавказ. О чем мы и узнаем из книги Г. Степанова и М. Залиханова, рассказавших как в 1948 году Деберль появился в районе Затишья.
    Потерять руку – для каждого человека трагедия, но для альпиниста – вдвойне. Где может найти применение своим знаниям и умениям однорукий горовосходитель? Только в лагере, уча других тому, как покорять горы, но не принимая сам в них участие.
Громадный опыт и разнообразные умения Деберля говорят сами за себя. Он устраивается на работу тренером по горным лыжам во Всесоюзной школе инструкторов альпинизма. Он прекрасно понимает, что серьезные восхождения ему теперь вряд ли по силам, что скальные траверсы теперь покорять другим, но сердце не может смириться с подобной безысходностью. Со слезами на глазах он провожает уходящие на покорение вершин альпинистские группы… И происходит настоящее чудо.
Вот что вспоминает выдающийся альпинист, мастер спорта, специалист в области проектирования надводных кораблей и экранопланов, чья деятельность долгие годы была скрыта завесой тайны, Николай Иванович Белавин в своей книге «С ледорубом, ружьем и спиннингом».
Глава эта называется «По «тропе мастеров». История про Густава Деберля»: «Наступила весна 1950 года. Мои друзья-альпинисты В. Старицкий и другие уговорили поехать на лето снова в а/л "Адыл-су" к А. Малеинову.
…А затем мы, инструктора, стали думать о своих восхождениях для души. Мы договорились с Игорем Юрьевым и Хазби Тегкаевым проделать траверс всего массива пика В. Испания - Бжедух - п. Кавказ - п. Вуллея 5-а к.т. В качестве четвертого участника я предложил пойти Густаву Деберлю - инструктору школы. Когда-то Густав был одним из сильнейших профессиональных проводников (гидов) и тренеров горнолыжного спорта Австрии.



      В лагере этот отчаянно смелый, исключительно порядочный, гордый и скромный человек жил со своей женой, симпатичной австрийкой Мартой, и 8-10-летним сыном Петей. Естественно, его никто не приглашал на трудные восхождения, понимая что это может существенно осложнить и замедлить продвижение, особенно на трудных скалах. В то же время ему страстно хотелось проверить себя на достаточно трудных восхождениях. Я видел это его желание во всем, даже по глазам. Мы все с восхищением наблюдали, как он с одной рукой изящно, как ящерица, проходит весьма сложные маршруты в нашей скальной лаборатории чуть выше лагеря. Там, на отвесных скалах, еще в середине 30-х названных в его честь "Густавшпицем", имеется несколько сложнейших маршрутов, которые удалось тогда преодолеть только сильнейшим скалолазам.
     Когда я Густаву предложил принять участие в нашем траверсе, он вначале даже не поверил. Ему показалось, что я просто шучу. Потом поняв, что это всерьез, он чуть не заплакал от радости, сразу же согласился и пошел сообщить о своей радости Марте. Через несколько минут она, сильно волнуясь, уже благодарила меня: "Николай Иванович, огромное Вам спасибо за приглашение, мы все так рады. Ведь Густав почти десять лет мечтает о трудном, интересном восхождении. Ведь он - фанатик гор. Это - его жизнь." И она, едва сдерживая слезы, еще раз поблагодарив, удалилась.
    С каким энтузиазмом он начал готовиться. Сколько новинок, облегчавших ему движение на трудных скалах и работу с веревкой и карабинами тогда он придумал. Одним словом, наша команда подобралась замечательная: все - преданные горам опытные энтузиасты, интеллигентные, воспитанные, внимательные друг к другу люди.
    …Погода стояла устойчиво хорошая, и мы поспешили выйти. Траверс начинался с перевала Кашка-таш. И оказался несложным. Он состоял из четырех последовательно проходимых "троек" и "двоек". Наиболее технически-сложным и опасным оказался знаменитый 60 м жандарм "Гоголь" недалеко от в. Вольная Испания. Помню, что, когда я поднялся без рюкзака по прочным, почти отвесным скалам, и стал принимать Густава, тоже без рюкзака, то было видно, что он чуть не плачет от обиды. Когда-то он подобные скалы легко, почти бегом, проходил без всякой страховки. На гребне Густав искренне сожалел, что несколько задержал нас. Но мы его дружно успокаивали, что это самое трудное место, да и спешить нам ведь некуда.
Палатку поставили на отличной площадке перед подъемом на в. Вольная Испания. Вечер изумительный, тихо. Долго сидим у палатки на теплых камнях, любуясь удивительной, прямо неземной панорамой гор.
    …Далее преодолеваем сравнительно простой снежный гребень, осложненный только чрезвычайно опасным обходом по снежно-ледовому крутому склону жандарма "Лермонтов". У вершины Бжедух проходим огромные снежные карнизы. Я напоминаю друзьям о трагедии 1939 г., разыгравшейся тогда здесь почти у нас на глазах.
    Как-то уже на третий день траверса, сидя у палатки на в. пика Кавказ, Густав рассказал о его попытке пройти почти километровую северную стену Центр. Шхельды, которая грозно возвышалась сейчас прямо перед нами за Шхельдинским ледником. Тогда, еще в 1936 г., он поднимался по стене со своим австрийским товарищем Б. Бочеком. Уже пройдя стену, перед самой башней Ц. Шхельды, Густав сорвался и сломал ногу. Бочек, оставив его одного на маленькой полочке, стал спускаться за помощью. Только через три дня группа спасателей, кажется, во главе с А. Малеиновым, спустила его по сложнейшей скально-ледово-снежной стене.
Наконец, уже на пятый день траверса, после спуска с простой снежной вершины п. Вуллея и длинного Шхельдинского ледника, мы на травке среди альпийских лугов по традиции поздравляем друг друга с приятным восхождением.
…Все мы были очень довольны нашим восхождением, чему способствовала и прекрасная погода и, прежде всего, замечательная дружная компания. Особенно же рад был Густав, перед которым открылись перспективы участия в еще более сложных восхождениях. Он, а главное и другие альпинисты, поверили в его невероятные способности, и в том, что уже на следующий год его пригласили к себе в группу московские альпинисты для траверса Ушбы, есть и моя заслуга».
То восхождение обросло легендами, а на вопрос, обращенный к Дербелю, как можно пройти скальный бастион на Южной с одной рукой, он ответил словами, ставшими альпинистским афоризмом: «По скалам надо ходить не руками, а головой!»
В 1953 году Густав Деберля вместе с семьей вернулся на родину, в Австрию. Работал в туристическом бизнесе; Австрийским альпинистким клубом привлекался в качестве тренера-консультанта советских альпинистов, совершавших восхождения в Альпах.
Не забывал и про Кавказ, любовь к которому пронес через всю жизнь. В 1966 году приезжал в Москву на встречу с советскими альпинистами, на которой был создан Клуб альпинистов СССР.
австрийский горовосходитель стал его почетным членом.
…Смерть Густава Деберля была насильственной. Светлана, дочь другого знаменитого австрийского альпиниста, тоже шуцбундовца Фердинанда Кропфа (1914-2005), о котором мы уже писали выше, жившая, кстати говоря, в Нальчике, в своих воспоминаниях пишет:
…Я спросила отца:
– Как там за кордоном?
Он ответил:
–Он ответил:
– Иногда очень страшно... Руди Шпитцер с супругой уехал в Австрию и сгинул без следа. Руди воевал в одном отряде с мамой. Густав Деберль, вернувшийся в конце 50-х на родину, в 1976 году в погиб автокатастрофе. Я не сомневаюсь, что это было убийство.
Павел Захаров, автор статьи «Интернационалист Густав Деберль», размещенной на сайте www.mountain.ru, заканчивает ее так: «К сожалению, имя Густава Деберля в России вообще, и в Кабардино-Балкарии в частности, забыто. В стране нет горнолыжных и альпцентров, нет спортшкол носящих его имя, в Баксане (надо читать не город Баксан, а Баксанское ущелье – авт.) нет памятника или мемориальной доски в его честь, То, что нет подобной памяти в Москве (что еще можно понять), но ничего подобного нет ни в Нальчике или в Приэльбрусье – это весьма трудно понимаемо.
Это действительно трудно понимаемо…


?

Log in

No account? Create an account