viktorkotl

Иная реальность

В поисках запредельного


Previous Entry Share Next Entry
viktorkotl

НЕ ОТЗВУЧИТ ВОЛШЕБНЫЙ ЗВОН, КОЛЬ ОСТАЕТСЯ СЛОВО…

 …Очень-очень печальная весть. Умер Яропольский. Для меня – просто Юра. Для истории – Георгий Яропольский, большой русский поэт конца XX – начала XXI века. Именно так будет написано в истории литературы. Именно так и не иначе.
     А в истории поэзии уместно слово – выдающийся. Поэт, поднявшийся в своем творчестве последних лет до высочайшего уровня. Не буду уточнять, до какого именно, называя знаковые в русской поэзии имена. Теперь его фамилия не менее знакова.
     Георгий Яропольский – поэт. Но не тот, кто автоматически приписывает сие слово после фамилии в обращениях в инстанции и газетных статейках. А поэт настоящий, самобытный, приобщенный. Недооцененный. А если по большому счету – то вообще не оцененный. Хотя таких как он не просто мало в наше время, их – единицы.


     …Он обратил на себя внимание с первых опубликованных строчек в заводской многотиражке, написанных в далеких семидесятых – дерзких, резких, созвучных компьютерным технологиям, начавшим тогда завоевание мира. А еще – энциклопедическим знанием мировой культуры, тем духовным багажом, который намертво входит в плоть и кровь стиха.
    С годами талант Георгия претерпел изменения – стал ярче, утонченней, глубже, свидетельствуя, что его обладателю в поэзии доступны любые вершины.

Лучшие строчки Яропольского не просто находят отклик в сердце – они остаются в нем жить.
Навсегда.
Лично для меня такими стали семь четверостиший «Сферы дымчатого стекла» – с одной стороны, поэтическое кредо автора, с другой – осознание мгновенности нашего присутствия.
То понимание, что к большинству приходит в конце жизни, Яропольский сумел высказать, будучи молодым («Сфера….», опубликованная в 2005 году и давшая название одноименному сборнику, написана достаточно давно):

От дыхания нет следов?
Все сгорает навек дотла?
Но хранит отлетевший вздох
сфера дымчатого стекла!

Позабыт давно стеклодув.
Вздох не канет который год.
Что в нем – грусть? Перегара дух?
так, зевок? или боль невзгод?

Это дымчатое стекло
переменчиво, как вода:
то темнеет, то вновь светло.
А внутри – не идут года.

Давний день до сих пор внутри,
Миг ушедший – как в горле ком!
Ты стекло рукавом протри…
Я с таким ремеслом знаком.

Ведь когда я ищу строку,
чтоб не ведала лжи и стен,-
я надежду, любовь, тоску
Заточаю в стеклянный плен.

Из чего он, парящий шар?
Сгоряча на асфальт швырни –
лишь взовьется мгновенный пар…
И – осколки лежат одни!

Призадумайся – значит, он
весь составлен из злых заноз?
А рождает – волшебный звон!

Это раньше душой звалось.

    Потрясающее, великолепное стихотворение. Ясное, светлое, отточенное. Впрочем, в последних сборниках Яропольского все стихи такие.
    Жаль, что их не так уж много.
    Жаль, что их могло быть куда больше.
    Если бы не забота о хлебе насущном, приведшая Юру в цех переводчиков (кстати говоря, по мнению профессионалов, одного из лучших переводчиков России). И речь не столько о поэтическом восприятии классиков национальных литератур (его переложения Али Шогенцукова и Кязима Мечиева созвучны липкинским, а иные – глубже, ближе к оригиналу), как о творчестве англоязычных авторов, чьи романы зазвучали благодаря Яропольскому на великолепном русском языке.
    Если бы свой огромный талант он не растрачивал по пустякам, занимаясь зряшными переводами, бескорыстно прописывая виршеплетов в элитарном поэтическом доме.
И самое главное – если бы не извечная русская беда, которой мы привыкли стыдливо камуфлировать пристрастие, сгубившее немало поэтических гениев и чем, кстати, воспользовался не один из местных авторов, расплачиваясь столь универсальной валютой за чужие строки.
    Если бы…
    …Имя Яропольского навсегда в поэзии. Поэтическая вечность суждена многим его стихотворениям, вошедшим в сборники «Реквием по столетию», «Сфера дымчатого стекла», «Нечто большее».
    Как и уникальному стихотворному переложению «Апокалипсис святого Иоанна Богослова», поэме «Потерянный ад», выпущенных за счет нашего издательства.
    Прости, Юра, что так мало. Как говорится: все что смогли…
    …Буквально несколько дней назад – 9 ноября был проведен вечер, посвященный Георгию Яропольскому. На нем я попросил собравшихся помолиться за Юру, которого все это время сжигала страшная болезнь, попросить Всевышнего, чтобы дни его продлились. В зале, где собрались десятки людей, царило молчание; мысли всех присутствующих были о Юре.
    Тот, к кому обращались, не услышал… А может наоборот – услышал?.. Ведь жизнь людская скоротечна, а поэзия вечна.
    Прощай, Поэт. Пока мы живы, твое слово будет с нами.


?

Log in

No account? Create an account