viktorkotl

Иная реальность

В поисках запредельного


Previous Entry Share Next Entry
viktorkotl

ТАЙНА ГОНАЧХИРСКОГО УЩЕЛЬЯ

   ...Выдвижение к леднику наметили на пять утра 29 августа – с первыми лучами солнца. Решение было верным – дорога заняла несколько часов. Впрочем, определение «дорога» выглядело издевательством над здравым смыслом. Скот здесь не держат (пограничная зона да к тому же заповедник), туристы тоже практически не бывают, поэтому ни о каких натоптанных тропках даже речи не идет.



  Пошли напролом. Долго пытались перейти горную бурливую речку – искали подходящее место, но так и не нашли. Решили наводить переправу – побросали камни, на них поваленные деревья и, набрав в ботинки воды, наконец перебрались. Вверх поднимались, отсчитывая, в прямом смысле, каждый шаг – сплошные каменные завалы, по которым надо, где прыгать с одного на другой, где, подтягиваясь на руках, влезать на гладкую макушку валуна. Причем все настолько непрочно и зыбко, что ходит под ногами от малейшего движения.


    К этому надо добавить сплошные древесные залежи, переплетения березок-каракатиц, которые в некоторых местах невозможно обойти – надо только отводить в стороны ветви, пролезать между ними.
А главное – невозможность расслабиться даже на мгновение – камни под ногами, скрытые травяным ковром, то и дело пытаются поймать твою ступню в свой капкан, а там и до перелома одно мгновение.
   За час таких мучений, то поднимаясь вверх, то опускаясь вниз, мы одолели никак не больше километра. Ледник, который визуально находился, казалось, в каких-то сотнях метрах, практически не приблизился.
Тем не менее, часа через три мы подошли к его языку.



    Эта махина поражала воображение. Высотою за тридцать метров, пологая к краю, она сверкала на солнце и струилась многочисленными ручьями, которые вытекали снизу, стекали сверху, промыв в «теле» ледника трещины-пробоины. Глыбы льда то и дело с треском отваливались от края ледника, а по бокам его ложа постоянно сыпались вниз камни.
    Мы примерно знали, где в прошлом году были замечены через толщу льда тела немецких солдат, но нынешняя картина кардинально отличалась от прошлогодней. Ледник, с одной стороны, оказался сильно загрязнен и посему практически непроницаем; с другой стороны, было ясно, что над телами по-прежнему лежит достаточно большая ледяная шапка. Растает ли она в оставшиеся жаркие дни и сколько будет таких жарких дней – вот вопрос.
    Тем не менее, не теряя времени, мы взобрались на ледник и стали тщательно осматривать его огромное живое «тело» – планомерно, шаг за шагом. Мы даже ушли значительно дальше от того участка, на котором были замечены тела людей, погребенных 73 года назад лавиной.


    По большому счету мы облазили ледник вдоль и поперек, что, поверьте, совсем непросто, если у тебя нет альпинистских кошек. А они имелись только у одного участника нашей экспедиции – профессионального альпиниста Константина Ширшова, что позволяло ему разгуливать по льду в прямом смысле как по паркету.
Спустя несколько часов, мы поняли: как это не печально, но время приоткрыть тайну «замороженной роты» еще не пришло. Кое-что было найдено на леднике (в частности, снегоступы, ручка от саперной лопатки), но вряд ли это имеет отношение к интересующему нас событию.
    Уходили мы замерзшие (попробуй, походи несколько часов по сплошному ледяному насту), продрогшие на не стихающем ни на минуту ветру. Уходили, что понятно, расстроенные: ледник Чепчек (так называют его пограничники; на карте же выше Северного приюта обозначены ледники Хакель и Чатча), что в Гоначхирском ущелье Карачаево-Черкесии, по-прежнему надежно скрывает свою тайну.
    Тем не менее, мы надеемся, что она (хоть краешком) приоткроется (при условии, что интенсивное таяние продолжится) в первой половине сентября.



   Мы собираемся вернуться сюда, тем более, что наши пропуска в погранзону действительны до конца года, а наш гид Рашид Байрамкулов, пресс секретарь Погрануправления КЧР, обещал сделать все возможное и невозможное, чтобы снять с повестки дня все еще остающиеся спорные моменты в местонахождении «замороженной» роты. То, что она есть, что ее видели для нас априори.
   Предстоял обратный путь. Мы надеялись, что он окажется куда проще, так как перешли речку у самых ее истоков – непосредственно у ледника. Но надежды оказались напрасны. К каменным завалам, переплетениям древесных насаждений прибавилась новая напасть – огромные, чуть ли не бесконечные заросли борщевика, вымахавшего выше человеческого роста. Он пожелтел, но вовсе, как выяснилось, не потерял свою жгучую силу. Гадость эта еще та: листья и, стебель борщевика содержат фурокумарины – вещества, в сотни раз увеличивающие восприимчивость человеческой кожи к ультрафиолету, что приводит при нахождении на солнце к ожогам 1-3 степени. Известны случаи смертельных исходов от ожогов борщевика, слепоты от попадания его сока в глаза.


     Как мы не оберегались, но пройти без потерь заросли этого желто-зеленого хищника не смогли – на наших лицах он оставил красные пятна, что выяснилось только на следующий день. В этом и коварство борщевика – прикосновение к нему не дает неприятных ощущений, но через несколько часов, а то и дней растение заявляет о себе по полной. Ожоги же столь красноречивы, что даже смотреть неприятно, не говоря об ощущениях. А самое главное, они практически не поддаются лечению, не заживают неделями, оставляют следы-рубцы.

…Перепрыгивая с камня на камень, протискиваясь между ветками деревьев, переплетенными намертво друг с другом, отодвигая зонтики (достигающие до 40 сантиметров в поперечнике!) борщевика, оступаясь, падая и вновь поднимаясь, мы шли и шли, и конца этому пути не было видно. Солнечное марево плыло перед глазами, пот застилал их и от этого рождались миражи. Тонкой змейкой где-то далеко-далеко сквозь зеленый полог девственной дикой природы проглядывала Военно-Сухумская дорога, до которой, как в иные моменты казалось, мы никогда не доберемся.
 
     В голове звучало только одно: будет ли этому конец? не проще ли умереть прямо здесь под зонтиками борщевика? И самое главное – зачем мне это надо.

   Действительно: зачем? Да ради тайны, которая будоражит воображение, заставляет ехать за многие сотни к rилометров, не спать ночами, преодолевать немыслимые преграды, мучиться от усталости. Ради тайны, которую так хочется приоткрыть. Которая приоткроется… Впрочем, даже если не приоткроется…
   …Когда я выбрался к той самой площадке, где некогда находился Северный приют, ноги уже были не мои, они не подчинялись не моим движениям, ни моим мыслям. Ступенька перед дверью нашего «Патриота» казалась столь непреодолимой по высоте, что я достаточно долго стоял перед ней в раздумье. Хорошо, что этого сомнения не заметили мои спутники: они, как и я, выкручивали майки: вода лилась не каплями – струей. Впрочем, какая вода – это был пот. Я даже не представлял, что способен выделить из себя за раз столько пота…

  • 1
Приветствую! Меня зовут Александр. Мне интересен Ваш журнал. Давайте подружимся ;)

  • 1
?

Log in

No account? Create an account